04132024Важное:

Имам Абу Ханифа, отношения с властью, политические фетвы и революции

Имам Абу Ханифа прожил шестьдесят два года своей жизни в эпоху Омейядов (если опираться на утверждение шейха аль-Каусари, что Абу Ханифа родился в 70 г. хиджры) и восемнадцать лет в эпоху Аббасидов. Он застал государство Омейядов в его силе и мощи, затем застал время  заговоров против него, и  в двух случаях он стоял на твердой позиции истины и справедливости в отношении ее вождей, эмиров и халифов. Собственноручно он поднялся с мечом против них, не сражался с ними копьем, но поддерживал их – и они преступники с его точки зрения – давая им правдивые назидания, призывая их к благому, и запрещая им зло, и это показывает, что он признавал относительную законность их власти и статуса. Абу Ханифа не признавал их власть полностью законной, что было видно в ряде ситуаций, в которых оказывался имам, именно по причине непризнания абсолютной легитимности правления Омейядов.

Оговорка: здесь, следует сделать крайне важную оговорку: историю, интерпретации, версию происходящего, весь исторический дискурс, пишут люди. Люди, со всеми человеческими факторами. Поэтому, необходимо читать историю с критическим восприятием, остерегаться крайностей и категоричностей суждений и оценок. Омейяды, аббасиды, мамлюки, османы, и т.д. это не история белого и черного, и не история борьбы плохих против хороших, абсолютного добра против абсолютного зла. Все они были мусульманами, но людьми. Также, нельзя забывать, что историю пишут люди с определенными политическими позициями, например, большую часть истории омейядов писали историки эпохи господства аббасидов, но это не значить что все это ложь и пропаганда.

Причина такой позиции Абу Ханифы, с моей очки зрения, заключалась в первую очередь в том, что омейяды создавали видимость избрания халифа, и видимость присяги со стороны ученых и лидеров мусульман. Т.е. они превратили эти обязательные условия законности правления в формальность, как правило обращаясь к принуждению и даже устрашению несогласных. Присяга как бы и была, но реально, для многих она не была добровольной, что и стало основанием для вооруженных восстаний.

Второй аспект позиций Абу Ханифы заключается в том, что он, как и многие ранние имамы, не считали пост халифа неприкосновенной вечной должностью. Он относиться к должности халифа, и это абсолютно правильно, как к любой должности любого человека. В этом нет ничего священного, сакрального и божественного.

Простыми словами логика такая: справляется человек – пусть дальше работает, не справляется – умма его заменит на того, кто справится. Справляется не очень, и есть тот, кто справится по мнению уммы (её лидеров) лучше – заменим. Не захочет отдавать этот пост – он ему не принадлежит – заберем силой. Не можем забрать силой – будем использовать другие средства для изменения ситуации.

Возможно, одной из причин, по которой имам в молодости открыто не проявлял решительной и кардинальной инициативы по отношению к правителям того периода, было то, что он был еще в молодости, и у него еще не было положения ни в сердцах ученых, ни в сердцах простого народа, что позволило бы ему открыто заявлять о своем мнении перед правителями, так что бы это не стало причиной беспорядков с неопределенными последствиями.

Он впервые начал издавать фетвы, когда ему было около пятидесяти лет, после смерти его шейха Хаммада, в 120 году хиджры («Тарих аль-ислям». Ш. Аз-Захаби (748 г. хиджры), 7/349), затем он прожил тридцать лет, пока не достиг восьмидесяти лет. До того, как он сел обучать фикху и издавать фетвы, он занимался торговлей, и в начале у него не было высокого положения или статуса среди ученых из-за их изобилия ученых вообще и из-за относительно молодого возраста.

Затем он достиг положения и уважения, которому завидовали правители, эмиры и ученые, и вскоре после смерти его шейха Хаммада (вспомним что Ибн Аби Лайла, Ибн Шубрума, Шарик и Суфьян не соглашались с ним и иногда даже ставили под сомнение его компетентность, и так до тех пор, пока он не укрепил свои позиции как сильного факиха, не доказал глубину своих знаний и свою компетенцию, и тогда уже он понадобился эмирам, а халифы начали говорить о нем. («Ахбару Аби Ханифа». Аль-Хусейн ибн Али ас-Сумейри (436 г. хиджры), С. 21).

Когда начались противостояния между Омейядами и Аббасидами, Аббасиды использовать статус «семьи Пророка», ссылаясь на защиту её прав, и взывая к любови мусульман к потомкам Пророка, мир ему.  Массы людей действительно поддержали их в этом, и тогда между Омейядами и Аббасидами, к концу месяца Рамадан в 129 году хиджры, произошли первые столкновения. Тогда эмирам Омейядов понадобилась поддержка против тех, кто отрицал законность их власти. Они прибегли к известным имамам, таким как Абу Ханифа, но никто не занимал такого положения в сердцах простых людей и среди правителей как он. Но когда эмиры или халифы нуждались в нем, желая получить его «положительную позицию», он не льстил им и говорил слово правды, даже если оно для них было горьким.

Абу Юсуфа сказал: Ибн Х`убайра вызвал к себе Абу Ханифу, он пришел к нему, а у него уже Ибн Шубрума и Ибн Аби Лейла (известные факихи). Он спросил их о условиях договора перемирия с хариджитами; Он спросил их как составить этот договор? Какова наиболее подходящая форма для него? Тогда, еще были оставшиеся из хариджитов, последователей ад-Даххака аль-Хариджий.

Хариджиты сказали: Мы хотим заключить договор, по которому с нас снимается вся ответственность за кровь и имущество, которое мы поразили, как во время общей смуты (фитна), так и до неё.

Ибн Шубрума сказал: «Не дозволено примириться с ними на этих условиях, потому что они должны нести ответственность за кровь и имущество». Ибн Аби Лейла сказал: «Договор примирения на всех этих условиях дозволен».

Абу Ханифа сказал: Ибн Х`убайра сказал мне: «Что ты скажешь?» Я сказал: «Они оба ошиблись», и Ибн Х`убайра сказал: «Непристойно ты сказал, скажи ты свое мнение. Я сказал: «Позиция по этой ситуации такая, за всё имущество и кровь, которые они коснулись до общей смуты, они должны нести ответственность, и не дозволено им прощать это, а что касается всего, что они совершили касательно крови и имущества во время общей смуты, в этом может быть примирение. Это правильное мнение». («аль-Интикъа фи фадаили аль-аимма ас-саляса». Ибн Абду аль-Барр аль-Куртуби (463 г. хиджры), С. 160)

*********

Также, вспомним еще один случай между Абу Ханифой и Ибн Х`убайра…..

Ибн Х`убайр хотел, чтобы Абу Ханифа стал судьей Куфы, а он отказался и воздержался, тогда Ибн Х`убайр поклялся, если он не согласится, то его будут бить палками по голове. Абу Ханифа сказал на это: «Его удары в этой жизни легче для меня чем железные дубины в Судный день. Клянусь Аллахом, я не сделаю этого, даже если убьет меня».

Его слова передали Ибн Х`убайре, и он сказал: «Он достиг такой степени, что позволяет себе противостоять моей клятве своей клятвой», и тогда он вызвал его и говорил лично. Он поклялся, что если Абу Ханифа не согласится выполнить его приказ, то его будут бить по голове до тех пор, пока он не умрет. Абу Ханифа сказал ему: «Это лишь одна смерть», и тогда он приказал дать двадцать ударов по голове, и тогда Абу Ханифа сказал: Вспомни твое стояние перед Аллахом, ибо оно более унизительно, чем мое сейчас перед тобой, и не угрожай мне, ибо я говорю: нет бога, кроме Аллаха, и Аллах спросит тебя за меня, и не примет от тебя ответа кроме истины. Услышав это, Ибн Х`убайра дал знак палачу прекратить удары. Абу Ханифу бросили в тюрьму, а утром его лицо и голова распухли от побоев. После этого, передают, что Ибн Х`убайра сказал: Я видел во сне Пророка, да благословит его Аллах и приветствует, и он сказал мне: «Разве ты не боишься Аллаха?!! Наказываешь невиновного человека из моей уммы и запугиваешь его?!!!». Тогда он приказал освбодить имама.  («Ахбару Абу Ханифы уа асхабихи». Ас-Сумейри(436 г. хиджры), С. 68. Также Тариху аль-ислям. Аз-Захаби. 9/307).

********

Также, однажды Ибн Х`убайра созвал ученых, таких как Ибн Аби Лейла, Ибн Шубрума и Ибн Аби Хинд, и каждый из них поручил что-то из работы, и он предложил Абу Ханифе, чтобы кольцо-печатка было в его руке, чтобы любой письменный указ Ибн Х`убайра выходил только после его печати, но он отказался. Тогда эмир поклялся, что если он этого не сделает, то каждую пятницу будет бить его семью плетями. Ученые сказали Абу Ханифе: Мы, братья твои, просим тебя не губить себя, все мы ненавидим его дело и его приказы, но у нас нет выхода. Имам сказал им: «Если бы он хотел, чтобы я сделал двери для мечети Васит (город), я бы отказал ему в этом. А он хочет, чтобы я подписывался под каждой кровью человека, которую он будет проливать?” Клянусь Аллахом, я не буду в этом участвовать». Ибн Аби Лейла тогда сказал: «Оставьте его, он на истине».

Так стражи посадили его на две недели и ударили плетью четырнадцать раз. Затем, исполняющий наказание пришел к эмире и сказал: «Он умирает», тогда он сказал: «Скажи ему, чтобы он исполнил мою нашу клятву», но имам ответил ему: «Если бы он приказал мне для него приготовить двери мечети, я бы этого не сделал». Тогда его привели к эмиру, и он сказал: «Неужели никто не посоветуем ему, дать мне отсрочку подумать; и он отпустил его и сказал: «Я посоветуюсь с моими братьями», но затем бежал в Мекку, это было в сто тридцатом году. Когда же власть халифата перешла к Аббасидам, он вернулся в Куфу при правлении Мансура, и тот почтил его и приказал наградить десятью тысячами дирхемов и рабыней, но имам Абу Ханифа не принял этих даров. («Аль-Джауахир аль-мудийя фи табакати аль-ханифияй». Абду аль-Кадир Аль-Курайши (775 г. хиджры), 2/505-506. Также «Ахбару Абу Ханифы уа асхабихи». Аль-Хусейн ибн Али Ас-Сумейри, С. 74).

 

Поддержка революции Зейда

Нормы и выводы из революции Зейда ибн Али Зейну аль-Абидин, поддержанной имамом Абу Ханифой, да будет доволен ими Аллах!

И снова, делаю оговорку: мы здесь и сейчас не говорим о том, на чьей стороне была объективная истина! Однако, имам Абу Ханифа, в его усердии искал истину, и увидел её на стороне той силы, которая встала против несправедливости власти правители того времени и места.

Также, отмечу еще раз, что здесь мы рассматривает конкретное время, конкретных людей и конкретные ситуации, и отсюда нельзя делать общих и собирательных выводов и оценок, например, о всей эпохе омеядского халифата, или о всех халифах или эмирах омейядов. Разве что глупые невежды делают поверхностные, собирательные и оголтелые оценки опираясь на нескольких случаях в конкретное время, конкретных людей и в отдельных ситуациях. Совершенно неверный вопрос: плохие или хорошие омейяды, и один общий ответ был абсолютно ложным.

Возвращаясь к истории Абу Ханифы, и его участия в революции и восстании Зейда, вспомним, что имам предпринимал шаги в поддержку истины, где бы она не была, и в этом он шел по стопам Абдуллаха бин Масуда, да будет доволен им Аллах, имама жителей Куфы, который не боялся говорить истину и считал что знание делает обязательным провозглашать истину перед лицом беззаконников. Он, да будет доволен им Аллах, говорил: «Стань ученым, или учеником, и не становись «иммаа» между ними» (иммаа – лакей, который каждому говорит: я за тебя, или человек без собственной позиции и следующий за каждым) («Шерху мушкилб аль-асар». Абу Джафар ат-Тахави (321 г. хиджры), 15/407. Также «Джамиу баяни аль-ильми». Ибн Абду аль-Барр (463 г. хиджры), 1/142).

Такой человек не может быть ученым и не может считаться ученым. Из совершенства ученого не склоняться с ветром, куда он дует туда и наклоняется, ибо это признак недостатка его знаний и причина не доверять ему.

*********

Исторически установлено, что революция Зайда бин Али бин аль-Хусейна, да будет доволен ими Аллах, началась в 121 году хиджры, и в то время халифом был Хишам бин Абд аль-Малик. Революция Зайда была третьей революцией против Омейядов, первым, кто сражался с ними, был Абдуллах бин аз-Зубайр, и необходимо отметить, что он не видел себя восставшим или революционером, как раз-таки, наоборот. Абдуллах получил широкую поддержку, ему принесли присягу, и он был объявлен халифом. А омейядов он считал узурпаторами. Вторым восстанием был поход господина шахидов Хусейна бин Али, а третья революция – Зейда бин Али. («Макакиду Аби Ханифа». Хафизу ад-Дин ибн Шихаб (827 г. хиджры), 1/55).

*********

Необходимо отметить проблематичность исторического изучение этих революций, их событий, порядка событий, их причин, роли личностей, достоверности некоторых деталей. Самое главное, что упоминается в биографиях и книгах по истории об революции Зейда ибн Али, это подчас противоречивые события и сведения, даже исторически не устроенные таким образом, чтобы удовлетворять цели научного исследования. Здесь выделим лишь историю имама аль-Ну’мана ибн Сабита (Абу Ханифы) с некоторой краткостью в цепочках передачи.

*******

Среди наиболее известных текстов, можно упомянуть:

От Абда бин Касира аль-Джарми он сказал: «Зайд бин Али написал Хилалу бин Хаббабу, который в то время был судьей Аль-Мадаина, и он ответил ему и присягнул ему». («Мукатилю ат-Талибийина». Али ибн Хусейн аль-Марвани. Абу Фарадж Асфагани (356 г. хиджры), С. 141).

Также, со слов Салема бин Аби аль-Хадида он сказал: «Зайд бин Али послал меня к Зубейду аль-Имами, призвав его на джихад с ним». (Там же).

Со слов Абу Аваны он сказал: «Суфьян ас-Суари расстался со мной будучи сторонником Зейда». (Там же).

Отметим, что Хилал ибн Хаббаб, Зубейд аль-Имами и Суфьян ас-Суари — это выдающиеся ученые ислама того времени, известные знанием, благочестием, праведностью и служением вере и Всевышнему Аллаху.

*********

Что касается случая, который произошел между имамом Абу Ханифой и имамом Зайдом бин Али, то он упоминается в рассказе:

От аль-Фадла ибн аз-Зубайра он сказал: Абу Ханифа сказал: «Кто из факихов народа присоединился к Зейду в этом деле?» Он сказал: «Я сказал: Сулейма ибн Кухейл, Язид ибн Аби Зияд, Харун бин Саада, Хашима бин аль-Бурейда, Абу Хашим ар-Руммани, аль-Хаджадж бин Динар и другие». Тогда Абу Ханифа сказал: Скажи Зейду: я поддержу тебя помощью и силой в джихаде против твоего врага, используй её ты и твои товарищи для приобретения фуража и оружия», и он отправил это со мной к Зейду, и Зейд взял это». (Там же).

Также было передано со слов Абдуллах ибн Малика ибн Сулеймана, он сказал: «Зайд послал к нему (Абу Ханифе) приглашение присягнуть на верность, и он сказал: «Если бы я знал, что люди не подведут его, как подвели его отца, я бы сражался вместе с ним, потому что он истинный имам, но я помогу ему своими деньгами», и он послал ему десять тысяч дирхамов, и он сказал Посланнику: «передай ему мое оправдание», ведь он был болен. На самом деле эти два рассказа не противоречат друг другу. («Аль-Джауахир аль-мудийя фи табакати аль-ханифияй». Аль-Курайши. 1/496).

Отсюда, мы видим что имам указал на два оправдания тому, что лично не принял участия в революции, первая это его болезнь, которая поразила его, и то, что жители Куфы подведут и его, как подвели его отца, что действительно и произошло, когда они отказались от его поддержки, и с ним было всего около двухсот человек или немного больше. Имам мог быть болен на самом деле, и в то же время он был опасался, что жители Куфы подведут Зейда, или, возможно, он был уверен, что они его бросят, да будет доволен им Аллах. («Уафаяту аль-аян уа анбау аз-заман». Абу Аббас Шемсуддин ибн Халликан (681 г. хиджры), 5/406-407).

******

Сообщается, что имам Абу Ханифа упомянул еще одну причину, по которой он не присоединился к Зейду ибн Али. Его спросили о восстании имама Зейда и о причине его отказа выйти с ним. Он сказал, указывая на важность ухода имама Зайда: «Его выход подобен выходу Посланника Аллаха, да благословит его и его семью Аллах, в день Бадра, и когда ему сказали: «Почему ты остался и не вышел с ним?» Он сказал: «Меня удерживали от него деньги людей, оставленные на хранение. Я предложил Ибн Аби Лейле взять их для хранения и возвращения, но он не принял. Я боялся, что умру в невежестве», и всякий раз, когда он вспоминал о выходе Зейда, он плакал». («Аль-Джауахир аль-мудийя фи табакати аль-ханифияй». Аль-Хусейн ибн Али Аль-Курайши. 1/496. «Уафаяту аль-аян уа анбау аз-заман». Абу Аббас Шемсуддин ибн Халликан, 5/406-407).

********

Возможно, имам Абу Ханифа понимал, что революция проходит через три фазы.

Об этом писала Тхеда Скочпол в «Государства и социальные революции». Также, смотри книгу Теда Роберта Гарра, «Почему люди бунтуют».  Но к этому всему, я бы посоветовал изучить Ибн Халдуна и его фундаментальную «Мукаддима», и Густава Лебона, «Психология народных масс».

 

Т. Скочпол и Т. Р. Гарр писали,что революции проходят три фазы:

  1. Стадия всепоглощающего, неорганизованного общественного гнева, по причинам нарушения их прав, коррумпированности и испорченности правителей.
  2. Стадия вовлечения революционных сил в отдельные формирования и появление новой разнообразной идентичности, отличной от первоначальной основной революционной идентичности, и постепенного отхода от первоначальных объединяющих целей первой революции.
  3. Стадия соперничества с старым режимом, против которого восстал народ, путем создания реальной структуры революции, для представления народу зрелой сформировавшейся альтернативы, способной убедить народ в своем праве на существование и, таким образом, революционные силы (или их часть) достигает торжества над старым режимом, против которого восстал народ.

*******

Возможно имам Абу Ханифа осознавал эти три фазы, и понимал неспособность имама Зайда пройти их успешно, он видел реальные силы и ресурсы Зейда, как и понимал что у него не достаточно преданных, и что крайне важно, квалифицированных последователей, что и побудили его не принимать практического участия в той революции.

Конечно, эту позицию Абу Ханифы, нельзя расценивать только лишь как личное решение, он был выше того, чтобы следовать прихотям или душевным слабостям. Его позицию нужно считать иджтихадом в области шариатской политики.

*Необходимо отметить, что имам не прямо оспаривал власть омейядов и не пытался открыто отнять её у них. Это говорит о том, что он не считал неповиновение или непризнание нынешнего правителя само по себе обязательным. Но с начала революции Зейда, когда у него появился выбор, он занял ясную позицию, посчитав Зейда более достойным чем правитель того времени. У него появился выбор между правителем чья тирании была реальной, и правителем на справедливость которого была надежда.  Абу Ханифа прямо поддержал второго, отказывая в помощи первому.

*Также, отметим, что Зейд отправил послание имаму Абу Ханифе, что говорит о том, что политические правители и лидеры искали поддержки факихов и ученых, даже если были уверены в законности свои претензий.

* Абу Ханифа был в курсе общественных и политических дел в стране. Следил за событиями, новостями и процессами, и обладал достаточной полной и достоверной информацией о реальном положении дел. Кто если не ученый ислама будет пастырем уммы, народа, простых людей? И как он может быть пастырем и проводником, если будет изолирован от общества, его реалий и актуальных проблем. Он не удалился от практической жизни общества и народа, аргументируя это поиском знаний или изучением теоретических наук, к чему приучил и своих учеников.

*Зейд призывал Абу Ханифу к присяге, потому что будучи ученым, знал, что его власть не будет законной без признания и присяги «ахлю аль-хилли уа аль-акъди» (люди связывающие и развязывающие узел власти), к которым обязательно относятся ученые шариата, знаниям законов Аллаха которых доверяет народ.

*Из приведенных рассказов видим, что имам не отказался присягать Зейду при фактическом другом правителе, это возможно означает, что он считал другого правителя потерявшим легитимность, или не способным быть правителем, или тем чья присяга потеряла законную силу. Отсюда, Абу Ханифа не считал Зейда нарушителем запрета шариата на попытку отнять власть у законного правителя.

*Помимо причины в здоровье, имам возможно отказался от прямого участия в революции (с мечем в руках) из-за своего положения и статуса, как ученого уммы, и чтобы не подвергать себя жестоким и беспощадным мучениям и пыткам со стороны тех, кто подавлял восстание. Некоторые пересказывают как был замучен и казнен Зейд.

*Абу Ханифа был известен своей любовью и преданностью семье Пророка, мир им, в особенности потомкам Али ибн аби Талиба, да будет доволен ими Аллах. Здесь, конечно, не идет речь о шиитских фанатизиях или рафидитских крайностях. Имам Абу Ханифа не переходил границ в любви к семье Пророка, установленных шариатом, и не исповедовал выдуманных доктрин, на которых был построен шиитский мазхаб.

Поэтому, он сразу поддержал Зейда ибн Али, из рода Али и Фатимы. Отсюда, когда аббасиды подняли свое восстание, Абу Ханифа поддержал их, считая их ближе к роду Пророка, чем омейяды. Тогда, Мухаммад бин Джафар бин Мухаммад, после того как он стал эмиром, сказал: «Да помилует Аллах Абу Ханифу, его любовь к нам воплотилась в его поддержке Зейда ибн Али». («Мукатилю ат-Талибийина». Абу Фарадж Асфагани (356 г. хиджры), С. 140).

Однако, факты также подтверждают, что Абу Ханифа видел проблему не родословной как таковой, а в оценке самого управления и политики правителей омейядов времени восстания Зейда. К примеру, халиф Омар ибн Абдульазиз, из омейядов, был лучшим правителем ислама за всю историю, после первых четырех рашидских халифов. Поэтому, ученые ислама практически единогласны в том, что он является пятым праведным халифом.

* Время Абу Ханифы было отмечено нестабильностью в стране мусульман, регулярные дворцовые перевороты между омейядами, интриги и коррупция, роскошь и несправедливость в отношении слабых. Последние правители омейядов практически не управляли в не центральных регионах мусульманских земель. Даже эмиры, назначенные халифами, управляли полностью самостоятельно и самовольно, а центральная власть была номинальной и символической. Успехи или открытия времен аль-Валида давно прекратились, сменившись внутренними распрями и борьбой за власть. Поэтому, имам и видел законность требований сменить эту власть на тех, на кого была надежда. («ат-Тариху аль-ислями». Т 4. Омейядская эпоха. Махмуд Шакир. 4/250).

*Аббасиды и другие революционные силы постепенно ослабляли власть омейядской династии, поднимая восстания и движения неповиновения еще за десять лет до падения власти рода Бану Умейя, с 121 года хиджры. («Аль-Джауахир аль-мудийя фи табакати аль-ханифияй». Абду аль-Кадир Аль-Курайши. 5/496-497).

*********

 

История отказа от судебной службы и выводы

Имам Абу Ханифа был известнейшим ученым своего времени, как и в наше время, через более чем тысячу лет. Его неоднократно призывали занять пост судьи, и как известно он отказывался это делать. У него было много завистников, и тех, кто пытался его очернить и лишить того положения, которое он занял в сердцах простых людей и правителей. Но он одержал верх над всеми завистниками. («Уафаяту аль-аян уа анбау аз-заман». Абу Аббас Шемсуддин ибн Халликан, 5/406-407).

Было передано от Абдуллаха бин аль-Хасана со слов Бишра бин аль-Валида, он сказал: Абу Джафар, повелитель правоверных, вызвал Абу Ханифу к себе, и он захотел доверить ему судебную власть, но он отказался, и тогда он поклялся что Абу Ханифа сделает это, но Абу Ханифа поклялся не делать этого. Тогда ар-Раби бин Юнус сказал Абу Ханифе: «разве ты не видишь, как правитель правоверных клянется?!» Абу Ханифа ответил: «Повелитель правоверных имеет больше возможности искупить свои клятвы, чем я». И но он отказался принять этот пост, и правитель приказал посадить его в тюрьму…». («аль-Интикъа фи фадаили аль-аимма ас-саляса». Ибн Абду аль-Барр аль-Куртуби, С. 171).

Также, ар-Рабиа рассказывает, что видел, как правитель аль-Мансур говорил с Абу Ханифой о судебном деле, но тот отказывался принять этот пост. Абу Ханифа сказал, что не достоин этой должности, и боится, что проявит слабость. Он говорил: «Клянусь Аллахом, во мне нельзя быть уверенным в довольстве, а как тогда мне доверять в гневе?!». Спор продолжился и аль-Мансур сказал: Ты лжешь в том, что не способен занять эту должность». Абу Ханифа ответил: «Вот ты сам все решил, как можно назначать судьей лжеца». («Аль-Джауахир аль-мудийя фи табакати аль-ханифияй». Абду аль-Кадир Аль-Курайши. 1/504. «Уафаяту аль-аян». Ибн Халликан, 5/406-407. «Мирату аль-Джинан». Аль-Йафиий. 1/243).

Эти случаи свидетельствуют о том, что имам отказывался занимать государственную должность при этих правителях. Какими были его мотивы, можно рассматривать анализирую его решения, слова и позиции. Но с уверенностью можно сказать, что имам был крайне богобоязненным и правдивым, именно поэтому отказался от службы при власти, за которую мог получить положение, статус, привилегии и небедную жизнь.

Ученые ханифитского мазхаба единогласны, что при существовании нескольких людей, способных взять на себя бремя судопроизводства, любой из них имеет право отказаться от это должности. Но если способный будет один, и никто больше не сможет выполнять эту работу, тогда этот фард определяется как конкретный и индивидуальный. Абу Ханифа мог позволить себе отказаться от этой должности, и в его время было не мало способных исполнять этот долг.

Аля уд-Дин Аль-Касани в «Бадаиу ас-Санаиа» писал: «Что касается дозволенности отказа от должности, это было передано от Пророка, да благословит его Аллах и приветствует, когда он сказал Абу Зарру , да будет доволен им Аллах: «Не в коем случае не бери власть», и было передано от него, да благословит его Аллах и приветствует, что он сказал: «Не бери власть даже над двумя людьми». Отсюда, передано в истории, что Абу Ханифе предложили пост судьи, но он отказался, и за это его побили в тюрьме, но он не принял этой должности, также как многие праведники Уммы» («Бадаиу ас-Санаиа». Аля уд-Дин Аль-Касани, (587 г. хиджры) 4/7).

Аль-Баберти (786 г. хиджры) сказал в «Аль-Иная»: «Нежелательно входить в него тем, кто боится своего бессилия в исполнении обязанностей судьи и не уверен в собственной справедливости (беспристрастности)». Аль-Кудури сказал: В таком случае, нельзя ему входит в это дело, потому что это может стать причиной совершения несправедливости и притеснений при исполнении судебных обязанностей… Некоторые ученые или некоторые ранние праведники добровольно отказывались от должностей у власти, не зависимо, были они уверены в себе или нет… Разве ты не видел, как Абу Ханифа трижды приглашали занять пост судьи, но отказывался и трижды его били тридцать палок…». («аль-Биная фм шерхи аль-Хидая». Бадру ад-Дин аль-Айни, (855 г. хиджры) 8/12).

 

Из поздних ученых, об этом случае писал имам Ибн Абидин:

«И Абу Ханифа умер в Багдаде. Также было сказано, что он умер в тюрьме за отказ принять пост Высшего судьи, которому подчиняются все остальные судьи. Потребовал это от него халиф Аль-Мансур, но он отказался, за что и был заключен в тюрьму, где каждый день его били по десять плетей, били его жестоко, так что кровь не текла до его пяток. Затем его очень сильно притесняли, так что ограничили даже в еде и питье, поэтому он плакал и продолжал молитву! Он скончался через пять дней заключения.

Некоторые рассказали, что ему дали кружку с ядом, но он отказался и сказал: «Я не помогу убить себя сам», поэтому его напоили из неё силой. Некоторые рассказывали, что это было в присутствии Аль-Мансура»!! Подтверждается, что, когда он почувствовал смерть, он совершил земной поклон, и он умер, в суджуде.

Некоторые считали, что: «Причиной этого было то, что некоторые из врагов имама Абу Ханифы убедили Аль-Мансура, что имам был тем, кто подстрекал Ибрахима бин Абдуллаха бин аль-Хасана бин аль-Хусейна бин Али бин Аби Талиба, да будет доволен ими Аллах, восстать против него в Басре, поэтому аль-Мансур  приказал ему занять пост главного судьи, зная, что тот откажется, и это даст возможность его убить… («Редду аль-Мухтар аля дурри-аль-Мухтар». Мухаммад Амин Ибн Абидин, (1252 г. хиджры). 1/166).

Об отравлении напитка писал ранее имам аз-Захаби: «Он умер шахидом, отравленным напитком, в сто пятидесятом году». («Сияру а`алями ан-Нубаля». Шемсуддин аз-Захаби, (748 г. хиджры). 6/403. Также в «аль-Интикъа фи фадаили аль-аимма ас-саляса». Ибн Абду аль-Барр. С. 170).

Относительно позиции Абу Ханифы в отношении власти аль-Мансура и других, ему подобных, аббасиды знали, и это не было тайной. Напомню, что революция Ибрахима и его брата началась в 145 году хиджры. («Тариху ар-Русули уа аль-Мулюк». Мухаммад ибн Джарир ат-Табари, (310 г. хиджры). 7/517). В то время Абу Ханифа достиг пика своего влияния среди людей и ученых, его научный и общественный авторитет был огромен, и было совершенно не мудрым со стороны аль-Мансура обращаться таким образом с человеком такого уровня.

Какие выводы можно сделать из позиции Абу Ханифы:

Нужно сказать, что имам возможно считал, что занять пост судьи, при таких правителях, не уменьшит несправедливости и гнета государства. И так до тех пор, пока не будет доказано обратное предположение.

Также, он считал дозволенным отказаться от этой должности, если считал, что в этом больше пользы предписанной шариатом. И так до тех пор, пока не будет доказано обратное предположение.

Также, он считал, что работа с тиранами, дает им легитимность со стороны ученого. Даже, работаю судьей под их властью, он как будто бы узаконивает их несправедливость и преступления.

Несправедливые правители, тираны и узурпаторы, во все времена пытаются приблизить к себе ученых, особенно имеющих общественное уважение, с целью придать большей легитимности своей власти. Также, и в наше время, мы видим это.

Также, ученый-муджтахид, не обязан подчиняться приказам правителя, если предполагает, что его подчинение принесет больше вреда от которого предостерегает шариат, чем пользы, предписанной шариатом. Ученый-муджтахид, выше степенью чем правитель, потому что первый способен знать закон Аллаха, или открыть его в иджтихаде, а второй обязан подчиняться ученым, потому что сам не является ученым-муджтахидом. Что касается нашего времени, то невозможно сравнивать подавляющее большинство современных правителей мусульман, отличающихся полным невежеством в шариате и безнравственностью, с правителями омейядского и аббасидского халифата, которые обладали минимальным знанием шариата и моралью.

Также, крайне важно указать на невозможность достижения справедливости и беспристрастности без жесткого разделения ветвей власти, исполнительной и судебной, как пример. Если исполнительная власть в исламской системе представлена руководителем государства и его министрами, то «законодательная» это аш-Шура – совет ученых-муджтахидов и технократов – должна быть выше исполнительной. Судебная власть, также должна быть отделена от влияния правителя, и ранние ученые ислама это четко осознавали и прямо об этом говорили, за что нередко отказывались под репрессиями.

В наше время, в большинстве мусульманских народов, исполнительная власть узурпированы людьми-диктаторами или монархами, которые руководят низкие цели, меркантильные интересы, либо идеологии, противоречащие исламскому мировоззрению и ценностям. Как результат, во многих мусульманских странах, правдивые и независимые ученые шариата, оказываются либо в тюрьмах, либо в изгнании, либо, в лучшем случае, изолированными от общества, лишенные возможности направлять народы. При этом, эти правители, за редким исключением, приближают к себе покорных ученых, готовых узаконить любые действия власти.

Конечно, кто-то справедливо заметит, что это очень жесткое обобщение, ведь положения и обстоятельства в странах меняются, политика государств меняется постоянно, правители меняются, меняется их методы, и но в целом, говоря о мусульманском мире, его народах и «политических элитах», вполне можно констатировать общую негативную оценку. Исключения лишь подтверждают общее, и будет легче назвать мусульманские страны, где судебная и законодательная власть реально отделена от правящей группы, или личности-диктатора, чем наоборот.

Также, из беседы Абу Ханифы с его учениками, Абу Юсуфом и Мухаммадом, очевидно, что он не одобрял их мнение, когда они сказали, что нужно занят этот пост и служить судьей. Но при этом, он не принуждал их подчиняться его решению, так как считал их учеными, имеющими право на собственные суждения и решения.

Также, возможно, Абу Ханифа привязывал свою позицию не только к фактической несправедливости конкретного данного правителя, приказавшего ему служить судьей под его властью, но и к самой законности получения этой власти. Если правитель не получил свою власть законно, с точки зрения шариата, то и подчинение ему не обязательно в принципе. Абу Ханифа не признавал власть «мутагаллиба», взявшего власть силой, против воли Уммы.

 

Аллах лучше знает, и только Ему вся хвала.

Сейран Арифов.

 

 

 

 

Print Friendly