05252022Важное:

Тасаввуф (суфизм) что это?

 

Суннитский тасаввуф и искаженный суфизм

 

 

Во имя Аллах Милостивого Милосердного

Арифов Сейран Осман оглы

 

Введение

 

Что такое тасаввуф, или суфизм, кто такие суфии, и какие изменения происходили с тасаввуфом и суфиями на протяжении веков. На эти и другие вопросы, мы постараемся ответить в этой статье. Нет сомнений, что этот вопрос актуален для современных мусульман, многие из которых возможно относятся к тасаввуфу или крайне положительно, или крайне отрицательно. Истина, позволю себе заявить посередине. Нет сомнений, что тасаввуф – исламское понятие, и уходит корнями в Коран и сунну. Но, как и многие другие сферы религиозной практики, как фикх – сфера законов и права, или духовное развитие и воспитание души, или политика и государство, или джихад, или методы призыва, стратегии реформ и возрождения, здесь имеет место человеческий фактор, иджтихад. А значить, все, что мы собирательно можем отнести к тасаввуфу, нельзя просто принять или отбросить, как годное или негодное. Существует необходимость ревизии, критического и объективного, насколько это возможно человеку, изучения и переосмысления.

 

 

Что такое тасаввуф?

 

Оставим лингвистический разбор этого слова, и перейдет к устоявшему термину.

И здесь, я хочу напомнить, что мусульманин, должен разделять и различать между названием и называемым, между формой и сутью. И не обязательно спорить из-за терминов и названий, если существует единогласие относительно сути и смысла. Это значить, что термин тасаввуф, или суфизм, не обязательно должен быть принят всеми. Этот термин, сам по себе, не несет никакого особого значения, он не пришел в Коране или сунне, и может быть заменен другим термином или названием. Точно так же, как сотни терминов, которые использовались мусульманами на протяжении веков, заменялись другими терминами, или, термины оставались в обиходе, но изменялось их значение. Более того, и таких примеров десятки, одновременно, один и тот же термин, использовался разными учеными с разным значением, или значение изменялось в зависимости от науки, в рамках которой его использовали.

 

Например, «иман», «фикхуль-акбар», «таухид», «ильмуль калям», «акъида», все это использовалось в разные времена как название науки о доктринах и основах веры. Или, термин «сунна», его значение меняется в зависимости от науки, в основах фикха (усуль фикх) это одно, в науке о хадисах другое, в науке фикх это третье. «Достоверный» хадис — это термин, и в зависимости от комплекса условий и требований, принятого разными учеными, изменяется значением этого термина. Точно так же, как термин – «слабый» хадис.

 

Например, названия религиозных, политико-идеологических направлений также изменялось со временем. Шиитов времен Али или Хусейна, шиитов времен омеядского халифата, ошибочно во всем приравнивать к шиитам фатимидам или имамитам. Точно также, мурджииты или хариджиты – не название конкретной единообразной религиозной группы, в которой четко и однозначно зафиксированы мнения, взгляды, понятия. «Салафизм» или «суфизм» как термины имеют схожую проблему. Как я уже отмечал, таких примеров очень много, и каждое из понятий требует изучения и разбора.

 

Тасаввуф, можно назвать «тезкияту нефс» – очищение души или «ат-тербия ар-рухия» – духовное воспитание, или другим названием, и в этом нет ничего страшного. В вопросе критики тасаввуфа или суфизма, не важны названия, термины, внешние атрибуты или оболочка, но важны смыслы, суть, содержание.

 

Последователи тасаввуфа, как и последователи других направлений или мазхабов, не представляют собой однородное целое. Среди людей, называющих себя суфиями, есть те, кто следует истине в знании и делах. Есть те, кто знает истину, но смешал праведные дела и греховными. И есть те, кто впал в большие заблуждения, в том числе и многобожие. Они, как все остальные мусульмане, упомянуты в Коране: «Потом Мы дали Писание в наследие тем из Наших рабов, которых Мы избрали. Среди них есть такие, которые несправедливы к самим себе, есть умеренные в своих дела и есть опережающие других в добрых делах с дозволения Аллаха. Это и есть большая милость», (Творец 32).

 

Таким образом, термин тасаввуф или суфий, сами по себе не обязательны, и не имеют жестких определений и четких формулировок. Пусть даже, ранние последователи тасаввуфа, например аль-Джунейд в «Рисаля кушайрия», заявляли, что тасаввуф это одна цель, один путь, и вообще суфии — это одна группа. Но, по моему мнению, Джунейд и другие ранние ученые тасаввуфа, подразумевали тасаввуф в своем понимании, в рамках условий и принципов, которые они установили. Однако с точки зрения истории, можно объективно утверждать, что к суфизму относились и относятся десятки групп, личностей, направлений и методов, некоторые из которых, далеки от истинного ислама, некоторые вышли из ислама, в чем не может быть сомнений. Конечно, мы не должны упускать тот факт, что последователи истинного, суннитского тасаввуфа, будут отрицать принадлежность к тасаввуфу разных самозванцев, невежд или заблудших, отошедших от пути и основ. Поэтому, ошибочно обобщать суждение о тасаввуфе и суфиях, вне зависимости, это положительное или отрицательное суждение. Этому вопросу, в принципе посвящается данная статья.

 

Тасаввуф по сути – наука о воспитании души, степенях её возвышения и падения, причинах и факторах возвышения и падения.

В хадисе Джибриля говорится об имане, исламе и ихсане. Первому посвящается наука о вере и доктринах, второму посвящается фикх, третьему – тасаввуф. Таким образом, в своей основе, тасаввуф это стремление достичь степени «ихсан».

 

Суть тасаввуфа заключается в очищении души человека и ей воспитании, как условия следования прямому – «аль-истикъама» – пути с Аллахом и Его творениями. Это жизнь в соответствии с книгой Аллаха и сунной Его посланника. Это правдивость с Аллахом и благочестие со всеми творениями. Это непрерывная связь с Аллахом и чувство Его присутствия. Это усердие в поклонении и праведных делах, искренность намерений, упование на Аллаха и довольство Его волей. Эти и другие смыслы представляют суть истинного тасаввуфа и его цели.

 

Абу Хамид Газали в «Послание к сыну» и «Спасению от заблуждения», отмечал, что тасаввуф состоит из нескольких основных частей. Метод тасаввуфа, как он писал, основан на получении правильных знаний и совершении правильных дел. Суть этих знаний и последующие дела, заключаются в очищении сердца от порицаемых качеств и от дурных побуждений души. В конечном итоге, на этом пути, человек очищает свое сердце от всего, кроме Всевышнего Аллаха и украшение, совершенствование сердца поминанием Аллаха. Этим внутренним совершенствованием, очищаются и дела человека, которые он совершает физически[1].

 

Нет сомнений, что это усердие обязателен для каждого верующего, и единственный путь к вечному спасению. Всевышний Аллах сказал: «в тот день, когда не пригодятся ни богатство, ни сыновья, кроме как тем, которые предстанут перед Аллахом с чистым сердцем», (Поэты 88-89).

Основные принципы, способы и средства этого пути пришли в Коране и достоверной сунне, однако, детали исполнения и множество практических вопросов пути, требовали иджтихада. В этом иджтихаде родились мазхабы, методы и различные программы. И конечно, не обошлось без ошибок и заблуждений.

 

 

Самоназвание группы суфиев или тарикатов

 

Шатибий пишет: «Аль-Кушейри сказал: «Когда заблудшие и последователи нововведений стали претендовать на истину, аргументируя это тем, что среди них есть аскеты и поклоняющиеся, последователи сунны начали использовать название тасаввуф, чтобы отличатся от последователей нововведений»[2].

 

Что касается названий тарикатов по имени ученого, то это относится к дозволенным обычаям, в которых нет ничего запрещенного, как сказали многие ученые ислама, в том числе Ибн Таймия. Это подобно принадлежности к племени или мазхабу, например ханифит, маликит, шафиит или ханбалит, или йемени, шами, ираки, мисри и т.д. Но никому нельзя возвышаться этими именами, любить или ненавидеть на основании этих имен, доверять или подозревать по причине этого[3].

 

Поэтому, название этой группы как «Суфии», или принадлежность к одному из тарикатов, который именуется по имени шейха основателя, например накшбендия, рифаия, кадария и т.д. само по себе не запрещено, если соблюдаются некоторые условия. Нет сомнений, что человек должен учиться Корану, сунне, фикху, шариату, нравственности у учителя или нескольких учителей. И он может относить себя к самому важному учителю или воспитателю.

 

Однако ученик или мурид должен знать, что учитель лишь посредник к источнику истинных знаний – Корану и сунне. И знать, что учитель не владеет всей истиной, и может ошибаться, и истина может прийти от другого человека. Он должен понмать, что его связь с учителем или шейхом строится на условии следования его учителя или шейха по пути Корана и сунны. Мусульманину запрещено слепое подражание в знаниях, за исключением временного следования, которое дозволено невежественному человеку. Ученик, мурид, должен брать истину от любого из ученых ислама, обладателей веры и нравственности, вне зависимости от принадлежности этого ученого или учителя другому мазхабу или тарикату. Иначе, это будет проявлением запрещенного фанатизма.

 

 

Проблема стереотипов

 

Относительно взглядов, практики и пути суфиев сложились некоторые стереотипы, например, что суфии легко следует новшествам и измышлениям в религии, отошли от основ и принципов шариата, невежественны относительно Корана и сунны.

 

Точно также, сложилось множество стереотипов относительно людей, которые претендует на то, что они истинные последователи сунны, единобожия или праведных предшественников, так называемые «салафиты» современности. Поэтому, во время исследования, необходимо отбросить стереотипы, привязанные к определенным маркерам или названиям.

 

Абдульфаттах Абу Гудда, во введении к «Рисалятуль мустаршиидин» Хариса аль-Мухасаби, отмечал, что были и есть люди, причисляющие себя к суфиям, своими делами и словами действительно отошли как от истинного тасаввуфа, так и от пути ислама в целом. Особенно актуально это для мусульманских народов, в которых суфизм превратился в народные традиции, а «тарикаты» нередко возглавляются людьми, далекими от исламского образования.

Как в прошлом, так и в настоящем, существуют аферисты и обманщики, которые прикрываются тасаввуфом, распространяя невежество, искажения и новшества. Были и невежды, которые посчитали, что им открылась мудрость свыше. В современное время, их стало еще больше, чему способствует глобальное религиозное невежество мусульманских масс.

 

Суннитский тасаввуф чист от искажений веры, нововведений или сомнительных практик. Ранние ученые тасаввуфа противостояли отклонениям от истинного ислама, преступлению границ шариата, невежеству, нововведениям.

Чистый тасаввуф это школа великих ученых, обладателей веры, богобоязненности, больших знаний, поклонения, призыва и джихада. Это один из суннитских мазхабов «салафу салих» – праведных предшественников. Вспомним Хасан аль-Басри, Абдуллах ибн Мубарака, Абу Исхака ибн Адхама, Абу Сулеймана ат-Таийя, Фудейла ибн Ияда, Мааруфа аль-Керхи.

 

Позже, пришли такие значимые ученые тасаввуфа, как Биш аль-Хафи, Харис аль-Мухасаби, Абу Файд Зун-нун, ас-Сарри ас-Сакъати, Абу Закария Рази, Ахмад аль-Харраз, ат-Тустари, Джунейд.

 

Более поздние ученые тасаввуфа также развивали эту науку, например Рувейм аль-Багдадии, Кушейри, аль-Газали,  Джейляни, Сахраварди, Шазели, и многие другие.

 

Конечно, это исламское направление, в котором формировалось несколько мазхабов, которые стояли на плечах людей большого ума и духа. Это значить, что во многом, тасаввуф – результат иджтихада, в котором могут быть и ошибки. Точно так же, как эти ошибки иджтихада неизбежны в мазхабах фикха, мазхабов акъиды, мазхабах реформ и призыва. Человек не избежать ошибок: «Аллах желает вам облегчения, ведь человек создан слабым», (Женщины 28). Но, не смотря на ошибки этих ученых, никому не позволительно уничтожать их авторитет или пытаться обесценить их научные труды, нарушать границы признательности и уважения. Этим могут заниматься лицемеры и люди ничтожных помыслов[4].

 

Новшества, отклонения и искажения пробрались к суфиям в поздние времена, и сделали это те, кто пришел много позже и присвоил себе имя «суфия». Более того, чтобы придать своим новшествам силу, некоторые из них приписывали эти измышления известным и авторитетным суфиям и ученым. Точно также действовали и противники тасаввуфа, обвинившие направление тасаввуфа во всех смертных грехах. В наше время, резкими и беспорядочными нападками против тасаввуфа в целом, отличаются представители современного «салафизма», которых можно с уверенностью назвать последователями школы Ибн Абдульфаххаба, и претендующими на наследие Ибн Таймии. Но подобное вызывает удивление, если вспомнить, что Ибн Таймия, и его ученики, Ибн Кайм, аз-Захаби и другие, положительно относились к суннитскому тасаввуфу, и даже были его представителями. Подобное было со многими исламскими мазхабами, великими учеными, идеями. Сколько клеветы и недостоверного наговорили на Абу Бакра, Омара или Али ибн Аби Талиба? Сколько домыслов и лжи навесили на халифов омеядов, аббасидов или османов? Сколько лжи и искажений приписали Абу Ханифе и ханифитскому мазхабу, Малику и маликитскому мазхабу, ашаритскому или матуридитскому мазхабу? Сколько недостоверного навесили на имамов Абу Хамида аль-Газали, Ибн Таймия, Сейда Кутба или Юсуфа Карадави. Не редко, искажения и домысли, исходят от невежественных «последователей» или «сочувствующих».

 

Как сказано в золотом правиле: «Знай людей по истине, а не истину по людям».

Истина в определенном вопросе может, противоречит тому, чему нас учили наши родители, наши учителя, или во что верит весь наш народ. Истина может быть мнением меньшинством против мнения большинства, слабого против мнения сильного, бедного против мнения богатого, младшего против мнения старшего, неизвестного против мнения известного, грешника против мнения праведного. Истина познается по знанию, доказательству и аргументу.

 

 

Цель тасаввуфа и его основы

 

Источники суннитского тасаввуфа только Коран и сунна.

 

Тауфикъ аль-Ваий пишет в «Шубухат хауля даава»: Тасаввуф в его правильном смысле должен быть основан на Коране и сунне. Этот суфизм условно нужно называть «суннитским». Таким тасаввуф в ранние века и был, что бесспорно подтверждается при изучении книг, высказываний и учений основателей суфийского учения и тарикатов. В наше время мы видим непримиримую вражду между теми, кто называет себя суфиями и теми, кто именует себя салафитами. В большинстве своем, ни те, ни другие не оправдывают своего названия. Праведные предки – салаф салих – были суфиями, муфии были праведными предшественниками.

Но, позже тасаввуф был испорчен невеждами, смешавшими суфизм с нововведения и легендами, что не мешает его очистить, также как и путь «салаф салих» искажен современными людьми, которые следуют пристрастиям или крайностям своих шейхов.

 

Аль-Джунейд, да будет доволен им Аллах сказал: «Эти наши знания строго ограничены Кораном и сунной, и кто не учился у факихов и не слушал хадисы, и не получил воспитания наставников, то испортит своих последователей».

 

Сахль ибн Абдулла ат-Тустари сказал: «Наши основы построены на семи вещах: книга Аллаха, сунна посланника Аллаха, не наносить никому вреда, брать только халял, отдалятся от грехов, покаяние, соблюдение чужих прав».

 

Абу Осман аль-Хири сказал: «Кто поставил во главе над собой сунну, будет учить мудростью, а кто поставит во главе над собой страсти в делах и словах, будет учить  нововведениям».

 

Абу Къасим Насир Абази сказал: «Основа проникновения в этот путь – соблюдение Корана и сунны и отказ от страстей и нововведений».

 

Таких высказываний много, и даже Абу Хасан Шазилий сказал: «Если тот, кто считается приближенным к Аллаху (валий), достиг проникновения и постижения (кешф) не путем следования Корану и сунне, то это от шайтана, и от него нельзя брать и учится».

 

Абдульфаттах Абу Гудда, ссылаясь на имама Шатибий, приводит многие цитаты ученых тасаввуфа первых веков, которые свидетельствуют о том, что они не видели истинного пути вне строго следования Корану и сунне.

 

Он писал: «Яхья ибн Муаз Рази сказал: разногласия людей сводятся к трем основа, и каждая из основам имеет противоположность. Это единобожие и многобожие, сунна и нововведение, покорность и ослушание».

 

Также: «Абу Йазиду аль-Бистами сказали, что один человек стал известен как «уалий». Он стал известен как аскет, поклоняющийся и богобоязненный верующий. Он пошел к нему, и увидел, что тот человек, войдя в мечеть плюнул в сторону Кыблы. Он не поздоровался с ним и ушел.  Затем он сказал ученикам: Этот человек не соблюдает одну из норм поведения посланника Аллаха, мир ему и благословение, как может он быть тем, на что претендует»[5].  Здесь вспомним хадис в Бухари, что посланник Аллаха, мир ему, сказал: «Плевок в мечети – грех, очищение которого – закопать его».

 

Того, что здесь приведено доказательством против тех, кто претендует на следование пути тасаввуфа, и называет себя суфием, но не следует пути этих предшественников, погрузился в отклонения от шариата и нововведения, следует страстям и искажающим толкованиям.

 

Что же касается тонкостей воспитания души, её состояний, тонкостей намерений и мотивов, мыслей и убеждений, сомнений и наущений, любви и страха, упования и усердия, все это не нововведение. Эти знания в большей своей части полезны и необходимы для достижения счастья в обоих мирах. Они помогают человеку на пути приближения к довольству Аллаха и применяются на практике[6]. Отсюда, нет оснований называть тасаввуф как таковой – нововведением, и такое скажут люди с тем же мышлением, что и те, кто назвал нововведением науки фикха, тафсира и хадиса.

Пусть Всевышний Аллах покажет нам истину истиной и наставит нас следовать за ней!

 

 

Цель тасаввуфа – счастье в обоих мирах.

 

Ибн Кайм писал в «аль-Вабиль»: «Счастливые люди, достигшие успеха, получили самую приятную жизнь в этом мире, а в потустороннем мире и в судный день их ждет наилучшее вознаграждение»[7]. И здесь можно вспомнить четыре аята в Коране, в которых Всевышний Аллах обещает благочестивому человеку, два награды, награду в этой жизни и награду в будущей жизни.

Всевышний сказал: «Тех верующих, которые вершили благие дела – будь они мужчины или женщины, – Мы непременно даруем им прекрасную жизнь» – вознаграждение в этой жизни. Далее: «и воздадим награды лучшие, чем их деяния», – вознаграждение в будущей жизни. (Пчелы 97).

Также: «Тех, которые переселились ради Аллаха после того, как подверглись притеснениям, Мы одарим прекрасным жилищем в этом мире, а вознаграждение в Последней жизни будет еще больше. Если бы они только знали!», (Пчелы 41).

Также: «Просите прощения у вашего Господа и раскаивайтесь перед Ним, чтобы Он наделил вас прекрасными благами до определенного срока и одарил Своей милостью каждого милостивого», (Худ 3).

Также: «Скажи Моим рабам, которые уверовали: “Бойтесь вашего Господа! Тем, которые совершили добро в этом мире, уготовано добро. Земля Аллаха обширна. Воистину, терпеливым их награда воздастся полностью безо всякого счета”», (Толпы 10).

Счастье и радость, умиротворение и довольство, «расширение груди» и спокойствие, избавление от тревог, беспокойств и печали, все плоды веры и милость Аллаха, которые нисходят на верующего. Это награды за веру в Аллаха, любовь к нему, благодарность Ему и постоянное поминание Его. Верующий чувствует себя свободным, будучи рабом одного Всевышнего Аллаха. Он проживет свою жизнь довольным и спокойным, и затем, войдет в вечные райские сады Милостивого. «О душа, обретшая покой! Вернись к своему Господу удовлетворенной и снискавшей довольство! Войди в круг Моих рабов! Войди в Мой Рай!», (Заря 27-30).

 

С другой стороны, неверующего, возгордившегося нечестивица и упрямого грешника, еще в этой жизни постигает наказание в виде тревог и страхов, душевных мучений и несчастья, «сжатия груди» и недовольства. Неверующий проживает всю свою жизнь в унизительном рабстве, скованный цепями собственных страстей и ложных целей.

«А кто отвернется от Моего Напоминания, того ожидает тяжкая жизнь, а в День воскресения Мы воскресим его слепым”», (Та ха 124). Поэтому, в Судный день он окажется слепым.

 

Ранние люди тасаввуфа шли этим путем, соблюдая правила пути, ниспосланные в Коране и сунне. Позже, как я уже отмечал, распространились искажения и заблуждения, которые приняли суфийскую оболочку. Некоторые из них заговорили о «единстве сущего» и отмене шариатских обязанностей, погрузились в культ могил «святых», оставили призыв к исламу и  исправление общества, под предлогом исправления себя.

Третьи, под вывеской суфизма, занялись служению собственных страстей, таких как тщеславие и восхищение людей, накопительство денег и приближение к обладателям власти.

 

Истина в отношении суфиев, как и в отношении любой другой группы проста – подтвердить то, что соответствует Корану и сунне, и отвергать то, что противоречит этому. Что касается спорных с точки зрения доказательств шариата вопросов, это область иджтихада. Одни получили две награду, другие одну.

 

Как писал шейх Абдулькадир Иса, нам важны не названия или наименования, но важны основы и смыслы. И мы призываем к возрождению тасаввуфа в его сути, даже если под другим названием. Необходимо возрождать суть тасаввуфа, как пути воспитания и очищения души, очищения сердца и намерений, исправления и совершенствования нравственности, достижения степени аль-ихсана в поклонении. Вот это мы называем тасаввуф[8]. Аллах лучше знает.

 

 

Три основы тасаввуфа: шариат, путь, истина.

 

Со временем, теорию тасаввуфа развивали, формулировали основы и принципы. Так, ученые тасаввуфа пришли к трем основам: шариат (нормы Корана и сунны), путь (метод, программа), истина (духовные степени). Шариат означает, что нормы и законы религии берутся только из Корана и сунны, будь то доктрины веры, обряды или любая часть законов, которые регулируют жизнь мусульманина. Путь означает, что эти нормы следует соблюдать на практике строго, без лени и беспечности, не ища себе облегчений и поблажек.

 

Истина (хакъикъа) означает влияние постоянного послушания и выполнения предписаний на сердце, очищение духа, мягкость сердца, быстрота понимания, увеличения дел, познание Аллаха, раскрытие истин шариата. Все это дары Аллаха, которые Он щедро дает тому, кто идет по пути шариата, поднимаясь по ступенькам, количество которых не возможно перечислить, и особенности которых не возможно описать словами. Ведь это духовные состояния. Три эти основы взаимосвязаны. Тот, кто узнал шариат, и шел по пути, достигнет истины. Тот, кто познал шариат, но не шел по пути дел, его знания будут аргументом против него самого. Эти смыслы вложили в три понятия шейхи тасаввуфа. И если некоторые самозванцы, позже толковали эти три понятия в противоречии здесь приведенному толкованию, то это обман и искажение.   Как мы видим, тасаввуф в его истинном значении это призыв к изучению шариата из Корана и сунны, затем соблюдения шариата, и только эти две вещи позволять достичь истины.

Автор толкования «Таияту ас-сулюк» пишет: «Шариат – предписание рабу соблюдать положение покорности и послушания, истина – свидетельствование Господства Аллаха в достижении степени ихсан, о которой сказал нам Посланник, мир ему: «Поклонятся Аллаху, как будто ты его видишь».

Путь (метод) – значить идти по пути практики шариата, соблюдая предосторожность и щепетильности, и  отказываясь от облегчений и поблажек. Эти три основы в общей сложности означают – соблюдение состояния полного рабства перед Господом, таким образом, как этого хочет Господь раба».

Из суфийских ученых, которые говорили об этом, мы находим мнение шейха Мухьюддин ибн Араби Хатемий. Он говорил, что некоторые люди, которых он характеризовал как буквалистов, спрашивают: откуда у них, т.е. у суфиев эти знания? Они считают, что знания можно получить только от учителя. Они в этом конечно правдивы. Те, о которых мы говорим, получили знания от учителей, но потом, когда они вершили дела и практиковали свои знания, Всевышний Аллах даровал им ещё знаний из своего божественного источника. Это божественное сообщение, которым Он через вдохновение посылает в сердца своих рабов то знание, которое Он хочет. Аллах посылает в их сердца знания, соответствующие ниспосланному шариату, и не противоречащие этому ни на йоту. Аллах говорит в Коране «создал человека и научил его изъясняться», (Милостивый 3-4). Также «научил человека тому, чего тот не знал», (Сгусток 5). Аллах сказал про своего раба Хыдра «Они встретили одного из Наших рабов, которого Мы одарили милостью от Нас и обучили из того, что Нам известно», (Пещера 65). Также правдивы те, кто нас порицает за это мнение, когда они говорят, что знания можно получить только от учителя. Но они ошибаются, когда говорят, что Аллах не посылает знаний, ни кому, кроме пророков и посланников.

Всевышний сказал «дарует мудрость кому пожелает», а мудрость это знания. И в этом аяте, местоимение кому общее, значить дает любому, кому пожелает, Но отрицающие это понимание люди, отошли от воздержания в мирских наслаждениях, предпочли блага этой жизни счастью будущего мира, отдалились от дел, приближающих к Аллаху, привыкли брать знания из книг или уст учителей. Это все лишило знания того, что у Аллаха есть рабы, которых Он учит напрямую через сердца. Он истинный учитель всего сущего, всех творений.

Он завершает свои слова следующим: Как они могут считать ложным заявление тех, кто близок к Аллаху о том, что Аллах дарует им знания, если сам Али ибн Аби Талиб, да будет доволен им Аллах, сказал: «Если бы говорил что знаю в толковании суры Фатиха, вы бы увезли эти знания на семидесяти верблюдах»[9].

 

Что это если не знания, которые Аллах вдохновил ему. Ведь эти знания, субъективным размышлением не постичь. На этом завершаются слова шейха Ибн Араби в «аль-Футухат». Этот смысл мы находим и в его письме к Фахруддину Рази.

 

Передается, что Ибн Аббас толковал суры Корова, Семейство Имран и Свет, раскрывая смыслы, знамения и доказательства в них, которые будь услышаны народами румов, турков или дейлема, убедили бы их принять ислам сразу же[10].

Также вспомним, что многие ученые раскрывали смыслы и знамения аятов Корана на протяжении тысячи лет, все это милость и вдохновение Всевышнего Аллаха.

 

Примечание

 

Первое, относительно достоверности передачи:

Следует отметить, что многие из высказываний, которые приводятся в этих книгах, требуют проверки на достоверность передачи, в противном случае, нет оснований приписывать эти слова человеку. К сожалению, в книгах поздних людей тасаввуфа, много ссылок на сподвижников или табиин, но проверку они не проходят, потому что нет цепочки передачи. В таком случае, не позволительно утверждать, что эти слова сказал этот сподвижник или тот табиин. И сны или видения здесь не доказательство.

 

Второе, относительно толкований и понимания аятов или хадисов:

Раскрытие смыслов и познание Всевышний Аллах открывает, кому пожелает. Это дары и милость Всевышнего за искреннее усердие и благом. Однако здесь следует четко понимать, и это бесспорно для ученых людей, что речь идет об иджтихаде. И сколько было сделано толкований аятов Корана, которые были оспорены, или даже опровергнуты, потому что были ошибкой понимания человека. И если объективно доказано ошибка в понимании слов Аллаха, этот смысл должен быть оставлен, даже если человек, в своем субъективном мнении, считает, что эта истины, которые было открыты ему свыше. Что же будет судьей в этом, если не науки шариата, основы и правила понимания и толкования, знания арабского языка, достоверные толкования посланника Аллаха, мир ему, единогласие сподвижников или табиин, здравый рассудок и логика, факты и подтвержденный опыт.

 

 

История Мусы и Хидра

 

Что касается истории пророка Мусы, и Хидра, мир им, Тауфикъ аль-Ваий привел её и рассмотрел вопрос, может ли она служить примером противоречия «внешнего» и «скрытого» знания.

 

Он отмечал, что, по мнению некоторых толкователей, среди которых упоминается имам аль-Алюси, Хидр был пророком и у него был свой шариат. Также это отмечал имам Субкий. Таким образом, это означает, что Хидр получал пророчество и действовал в соответствии со своим шариатом, а Муса действовал в соответствии со своим. Это толкование, по мнению Тауфикъа аль-Ваий, наиболее предпочтительное.

 

Но даже если сказать, что Хидр был «уалий» – любимый раб Аллаха, а не пророк, который получал откровение с собственным шариатом, здесь также нет доказательства противоречия между двумя знаниями. Из истории мы видим, что Хидр действовал в соответствии с шариатом Мусы, но Муса не увидел мудрости в действиях Хидра, поэтому и порицал его. Когда же Хидр, перед разлукой разъяснил Мусе мудрость своих действий, посланник Аллаха согласился с ним и одобрил эти дела. Мудрость заключалась в следствиях действий Хидра.

Конечно, эта история ни в коем случае не унижает степени посланника Мусы. Но Аллах хотел показать, что нет человека, знания которого охватили все. В этой истории говорится, что в некоторых частных случаях, кто-то может быть более знающим, чем пророк. Но если сопоставить все знания Мусы и все знания Хидра, конечно знания Мусы оказались бы шире и больше. Слова Тауфикъа аль-Ваий.

 

Примечание:

 

Не забудем упомянуть, что историю Мусы и Хидра, некоторые толкователи отнесли к разряду исключительных историй, которые разъясняют скрытые смыслы предопределения и не могут служить образцом для аналогичных практических действий. Например, если испортить лодки рыбаков, с расчетом, что правитель оставит их, и рыбаки смогут их отремонтировать и продолжат кормить свои семьи, это будет мудрым расчетом и обычного человека. Однако, убийство мальчика, было совершено на основании сокровенного знания, предопределенного. Таких знаний не может быть ни у одного человека после смерти пророка Мухаммада, мир ему. Никому не дано знать сокровенной судьбы, и убить ребенка, потому что в будущем из него вырастит злодей и страшный преступник. Если бы это был обычный путь, даже для пророков, они бы получали знания Аллаха, и сообщали людям, какой из детей в будущем окажется ужасным преступником или кровожадным преступником, чтобы они приняли меры и предотвратили все это. Но ничего подобного не было ни с одним из пророков, мир им всем. Поэтому, по моему скромному мнению, эта исключительная история, раскрывает глубины предопределения, скрытого от человека.

 

Относительно тасаввуфа, мы можем уже сделать вывод, что тасаввуф – одна из религиозных плоскостей ислама. Внутри этой плоскости, в следствии иджтихада и других внешних факторов, сформировались несколько мазхабов, точно также как сформировались мазхабы в плоскости фикха или акъиды. Здесь иджтихад продолжается, ищут новые ответы на новые вызовы, происходит пересмотр и переосмысление, присутствуют консерваторы и реформаторы, изучаются объективные доказательства, проявляются человеческие наклонности и пристрастия, происходят вспышки фанатизм за или против.

 

В своей основе тасаввуф происходит из Корана и сунны правильно. Но, как и некоторые другие исламские направления или мазхабы, со временем, в следствии и поголовные, не более чем слепой фанатизм и нетерпимость. Тасаввуф, как и любая исламская наука основывается на понимании Корана и сунны. Основы тасаввуфа подтверждаются аятами Корана и достоверными хадисами. Но при этом, конечно большая часть этой науки есть результат иджтихада, который можно изучать, проверять и исправлять. Результаты иджтихада ученых, может быть правильным или ошибочным, и в этом нет порицания или тяжелых обвинения. Например, имам аль-Бенна, искал решение раскола между исламскими направлениями. Обращаясь к ученым и лидерам исламских направлений, призывал очистить свое сердце от фанатизма, и изучать опыт и практику тасаввуфа научно, используя Коран и сунну как критерий. Если мусульмане в этом сойдутся, а у них нет другого выхода, разногласия относительно суфиев и тасаввуфа сгладятся, будут определены границы и точки соприкосновения и расхождения.

Как мы видим, шейхи тасаввуфа утверждали, что ориентир и критерий истины — это Коран и сунна, и каждый должен этому подчиниться. И в любом вопросе, теории или практики, последователи тасаввуфа, обязаны, подчинятся Корану и сунне, как и любой мусульманин и нет ничего зазорного, но обязательно, проверять слова и дела даже самых авторитетных шейхов тасаввуфа. Слепой фанатизм и слепое следование словам или примеру людей после пророка, мир ему, кем бы они ни были, противоречит нашему пониманию Ислама. Если в этом мусульмане сойдутся, не будет этого крайнего и не объективного с обеих сторон отношения к тасаввуфу.

 

 

 История разногласий вокруг тасаввуфа

 

Нужно понимать историю, особенно то, что она для мусульман делится на два периода. В ранние времена, сподвижники Пророка, мир ему, были заняты борьбой и усердием на пути Аллаха, они отдавали все свои силы, средства и время на распространение слова Аллаха.  Мусульманин тогда думал о том, как выполнить свои обязанности, следил за своей душой и её злом, очищал свою нравственность, заботился о том, как ему служить исламу и своей умме. Он покидал родной дом и отдавал свое имущество, чтобы отправится в путь ради довольства Аллаха, и готов был на этом пути отдать свою жизнь. Но прошли времена, и многое изменилось. Мусульмане перешли в новое положение, когда они обманутые материальным благополучием остановились. Они начали жить для того, чтобы пользоваться этими благами, получать удовольствие от мирских радостей. Восхищаясь и погружаясь в новые открытия и достижения цивилизационного обмена, мусульмане были уже заняты тем, что приводили в порядок и пытались научиться управлять новым и огромным миром, в котором они господствовали. Этот новый мир, познакомил их с иными культурами, цивилизациями, науками, обычаями и стереотипами поведения. Также, мусульмане познакомились с чужими религиями, философиями и идеологиями.  На первый взгляд это может полезно, но не во всех случаях и не при всех условиях. Мусульмане оказались под влиянием множества культур, архитектуры, искусства, литературы, традиций. Началось время изучения философии, религиозных дискуссий, сравнений, влияния.

 

Тауфикъ аль-Ваий пишет: В нашей теме, нас особенно интересует вопрос переплетения религии и философских воззрений. Так, мусульмане этого времени, начали смешивать религиозные знания и философские учения, принципы, идеи и теории, сформированные философски с ясным и чистым учением ислама, ниспосланным в откровении, с которым пришел Посланник, мир ему и благословение. В те времена, мусульманские ученые разделились на две группы.

 

Первая группа, это люди, которые предлагали или даже призывали использовать философию, но подчинить её религии. Либо, призывали наложить теории религии на теории философии. Либо подчинить теории философии религиозным аксиомам. В любом случае, это приводило к смешиванию религии и философии. У одних религия господствовала над философией, другие подчиняли свое понимание религии собственным философским теориям. Тогда, к сожалению, некоторые философские взгляды и теории получили религиозную святость и статус божественного откровения. Что привели ко многим разрушительным последствиям. Философия это всего лишь человеческая мысль, в которой может быть, как истина, так и заблуждение, правота и ошибка, пристрастность и объективность, подтвержденное и сомнительное. Они считали, что ошибка в философии – лестница к постижению истины, сомнение для них – один из стимулов веры.

Эта группа называла себя по-разному, и люди называли их по-разному. Кто называл их «ахлю-раий», кто называл «ахлю-къыяс», или «ахлю-назар», или «мутакаллимин».

 

Вторая группа ученых требовала держать религию и философию отдельно друг от друга. Они сказали, что религию следует брать лишь из двух источников – Корана и сунны, которые должны быть поняты так, как пришло в толковании посланника Аллаха, мир ему, его сподвижников и признанных ученых первых веков. Все, что помимо этого, разум может исследовать, используя философию и её методы. Во всем, помимо религиозных вопросов, философы пусть исследуют, изучают, делают выводы, приходят к теориям и мнениям, постигают истину или совершают ошибки. Это дозволено, если не касается основ веры и религиозного учения, утвержденного в божественном откровении, которому разум должен подчиниться, признавая истинность всего, что в нем пришло.

 

Эти ученые опасались смешивания философии и религиозного откровения, видя и предполагая плохие последствия. Среди них были и те, кто боялись философии по невежеству своему, и это тоже следует помнить, когда мы изучаем аргументы за и против.

Они считали, что религия не нуждается в философии. Религия — это божественное откровение или то, что мы из него понимаем в соответствии с правилами понимания. Религия ниспослана Всевышним и должна оставаться тем, что исходит из книги Аллаха и сунны пророка, мир ему. Также понимание Корана и сунны должно соответствовать пути и методу праведных предшественников, сподвижников и табиин. Что касается разума и философии, человек может использовать их как самостоятельный инструмент поиска истины в любых вопросах, при условии, что результаты этого поиска не противоречили аксиомам религии Аллаха.

 

Они сказали, что эти философские исследования и суждения, в которых проводятся аналогии, и используется опыт, не должны касаться религиозных вопросов, непостижимых для разума, логики и опыта, таких как обряды поклонения, учение о потустороннем мире или основы вере, дозволенное и запрещенное Всевышним. В этом всем, разум должен подчиниться религиозным истинам, которые пришли в ясных текстах шариата.

Разум дан человеку для поиска, и его ошибки в результатах поиска – оправданы, в том числе ошибки иджтихада в религиозных вопросах, при условии соблюдения правил и порядка шариатских доказательств.

Эту группу называют, также по-разному, или «ахлю-хадис», или «ахлю-асар», или «ахлю-сунна», или последователи «праведных предшественников».

 

Далее, Тауфикъ аль-Ваий пишет: Для нас, мусульман ахлю-сунна, ясно, что истина на стороне последней группы. Их путь чистый и безопасный, и это единогласно между учеными ахлю-сунна. Если бы мусульмане всегда держались этого пути, мы не увидели бы появления множества заблудших течений, расколов, искажений и нововведений. Это и привело к слабости мусульман, поражениям, застою и потери того  положения в мире, которого добились Пророк, мир ему, и его сподвижники. Слова Тауфикъа аль-Ваий.

 

 

Проблема названий групп, манипуляций, пропаганды и терминологии в историческом контексте

 

Здесь, я позволю себе сделать примечания к рассуждениям Тауфикъа аль-Ваий. В общей сложности, его вводы верны. Но его слова слишком обобщены и упрощены для современных реалий. Хотя, конечно, возможно это их положительная сторона.

Все же, современным мусульманам нельзя просто следовать за самоназванием групп, лозунгами, претензиями или вывесками! На сегодняшний день множество групп, которые называют себя «ахлю-сунна», «ахлю-хадис» или «последователи праведных предшественников», «ахлю-раий», ученые «мутакаллимун», «ахлю-назар». В наше время, этими названиями обозначены те, кто действительно относится к одному из двух направлений, так и те, кто в той или иной мере отдалился от их основ.

 

Поэтому сегодня нельзя обобщать суждение и отношение, только на основании самоназвания или названия, данного кем-то другим. Конечно, мы призываем всех мусульман, следовать в религии только тому, что мы находим в Коране и сунне, и понимать эти два чистых источника в соответствии с научными правилами и методом праведных предшественников. Разумный мусульманин не можем предложить иного пути. Но расхождения, разделившие мусульман, не позволяют разобраться спокойно, что к чему, объективно исследовать, отбросив предвзятость. Современная активная пропаганда и антипропаганда, которую постоянно ведут различные мусульманские группы, приводит к вражде, злобе, порыванию отношений, невозможности вести диалог или научный поиск.

 

В этой статье нет возможности подробно рассматривать проблему терминологии, но необходимо указать на некоторые её проявления.

 

Одна из сторон этой проблемы заключается в том, что все эти названия групп и мазхабов, постоянно расшатываются пропагандой противников, манипуляциями и предвзятыми суждениями. Мы можем найти среди ученых ахлю-сунна, кардинально противоположные суждения относительно «ильмуль-калям», науке аль-Калям.

 

Одни считают её необходимой и полезной, другие считают вредной и опасной. Точно также, одни одобряют «аль-раий» – мнение и суждение в религии, другие осуждают его. Если взять фикх, то ханифитский мазхаб, многие называли «ахлю-раий» – «люди мнения», противопоставляя их «ахлю-хадис» – «люди хадиса». Но эти названия и противопоставления только невежда не поставить в кавыки, и к сожалению, к минбару или к каналу в ютубе, невежд пробирается все больше и больше. Ученых ханифитского мазхаба осуждали за применение определенного метода в вопросах шариата. Но, эти осуждения далеки от справедливости и объективности. Другой пример это «ильмуль-калям», наука о доктринах веры, не может быть просто, целиком отнесена к «полезным» или «вредным» наукам. И ученые «ахлю-раий» и «ильмуль-калям» не могут быть выведены из Ахлю-сунна, ведь они и есть основа Ахлю-сунна.

 

Ибн Кайм, например, в своей книге «Иалямуль муакъиин» посвятил многие страницы, восхваляя ученых «ахлю-раий» («ученых мнения»). Затем, посвятил столько же страниц, осуждая «раий» (мнение, суждение). В чем же секрет? Нет никакого секрета, суть в том, что существует одобряемое, и даже обязательное применение «мнения и суждения» в религиозных вопросах, и существует осуждаемое и запрещенное применение мнения и суждения в религиозных вопросов. Секрет только в определении, условиях, правилах, случаях и способах применении. Помню, как один автор писал: «Логика приводит к заблуждениям, значить логика запрещена». Интересно, каким образом, он пришел к подобному заключения? Разве не логическим.

 

В современное время, например, «ахлю-назар» или «мутакаллимун» называются и те, кто идет средним путем, не противоречащим Корану и сунной.

Точно также, современные группы, которые называют себя «ахлю хадис» или «салафия», проявляют порицаемую чрезмерность и недопустимый буквализм, поверхностность в суждениях, что приводит к отходу от истинных смыслов Корана и сунны. Именно по этой причине, понятию «салафия», или следование пути праведных предшественников, была посвящена отдельная статья.

 

Истина в том, что Ахлю сунна следуют серединному пути, о котором мы говорили, когда разъясняли путь праведных предшественников. Что же касается тех, кто называет себя «ахлю калям», или «мутакаллимун», есть такие, которые не имеют Господа, не знают истины, не опираются на твердое убеждение. Они искажают любой текст откровения, отрицают атрибуты Аллаха, лишая Его большинства качеств божественного совершенства. Увязли в искажениях и нововведениях, далеко оставив пусть пророка, мир ему и его сподвижников. С другой стороны, некоторые, называющие себя «ахлю хадис» или «салафия», впали в черствый буквализм и невежественные суждения по вопросам фикха и акъиды, погрузились в сектантский фанатизм и враждебность к оппонентам, создали телесный образ Творца, отошли от сунны во многих практических делах. И те и другие обвинили в неверии, заблуждении или лицемерии всех остальных, в том числе умеренных ученых ахлю-сунна, которые оказались между ними. Об этом писал в своей время еще Ибн Джаузи, известный ханбалитский ученый. Аллах лучше знает.

 

 

Решение этой проблемы:

 

Так что же делать со всеми этими теоретическими разногласиями в определениях и терминах?  Здесь, я хотел бы сказать, что сейчас другое время, и исламская умма занята более насущными проблемами, ученые и мыслители ислама должны заниматься действительно актуальными вопросами. Даже исламские университеты и исследовательские институты должны заниматься другими вопросами и проблемами.

 

Сегодня, мусульманскую умму разрывают другие проблемы, другие теории и вопросы. Вестернизация, либерализм «западного образца», вопросы свободы и прав, радикальный феминизм, левые и националистические идеи, «светскость», коррупция и беззаконие, экономическая зависимость, политический деспотизм и тирания, научная отсталость, социальные проблемы.

 

Говоря это, мы хотим прийти к двум выводам:

 

Первый: На сегодняшний день уже нет того разногласия, каким оно было в прошлом между «мутакаллимун» и «ахлю-хадис», суфии или салафиты. Поэтому нет необходимости возвращать к жизни эти разногласия и ярлыки, обвинения и претензии. Также, нет причин и необходимости говорить друг другу то, что те говорили этим и наоборот. Оставим все это в истории, аргументация каждого мнения или мазхаба зафиксирована в книгах, и сегодня никто не приведет ничего нового. Оставим разделение мусульман на тех или этих, пусть останется в прошлом все эти исторические названия или самоназвания.

 

Правильным будет, нам всем вернутся к основе ислама, главным истинам ислама и основному смыслу, предав забвению старые разногласия по совершенно не актуальным теоретическим вопросам или деталям догматики.

Мусульмане единогласно принимают за основу Коран и сунну, которые мы должны понимать в соответствие с арабским языком, и толковать в соответствии с научными правилами. Если сделать это, многие вопросы сегодня будут сняты сами по себе.

 

Но если мы продолжим делиться на группировки, забытых многие века назад, обмениваться ярлыками, обмениваться взаимными обвинениями со страниц узкопартийных газеток, или сайтов, которые обращаются к одной или двум тысячам читателей, или распространять среди простых мусульман листовки и брошюры с дискуссиями по давно забытым вопросам, это оставит нас в тупике.

 

Бухари передает: Али ибн Аби талиб сказал: «Говорите людям то, что они способны понять. Неужели вы хотите, чтобы они обвинили во лжи Аллаха и Его посланника». Муслим приводит, что Ибн Масуд сказал «Если ты будешь говорить людям то, что их разум не может понять, для некоторых это обязательно будет смутой». Поэтому, подобные сложные теологические и философские темы, которые не нужны большинству мусульман, нужно изучать и обсуждать в узком научном кругу. В противном случае, это ничего не создаст кроме фанатизма, раскола и сомнений.

 

Второй вывод: Все мусульмане одним строем должны обратиться к решению насущных и актуальных для них проблем, целенаправленно использовать свои ресурсы, заниматься донесением прекрасного послания ислама людям, укреплять свои позиции во всех возможных сферах, укреплять идейное и практическое влияние мусульман. И так должно продолжаться, пока мусульмане не вернут своей цивилизации достойное место.

 

 

Что мы можем услышать в ответ на эти слова?

 

Мы можем услышать, что самое важное это вероучение – акъыда, и все что относиться к акъиде мы должны донести до людей. Основа любого исправления, это религия Аллаха, ясная и очевидная, и ничего не должно быть скрыто от всех людей. Мы защищает религию Аллаха и это есть джихад словом и пером, оставление которого – грех. Как мы можем заниматься решением второстепенным проблем, исправление частных нарушений, если вера людей испорчена и искажена?

 

На это хочется сказать тому, кто мыслит таким образом: дорогой брат, будь осторожен и не попадись на обман слов и ловушки терминологии. Вероучение это одно, а разногласия в некоторых вопросах, в которых люди не смогут окончательно открыть истину – совсем другое. Даже основы веры ислама раскрывалось и доносилось постепенно, и не за один год. Коран ниспосылался на протяжении двадцати трех лет.

 

В хадисе Омара пришло, что ангел Джибриля пришел, чтобы научить мусульман их религии, посланник Аллаха, мир ему, сказал: Основ имана – вера в Аллаха, Его ангелов, Его пророков, Его книги, Судный день и предопределение добра и зла. Это произошло в Медине, в последние годы миссии пророка, мир ему.

 

Законы и учения ислама, которые должен знать каждый мусульманин это одно, а способ, порядок и форма, которыми следует доносить эти законы людям совсем – другое. И не все законы шариаты необходимы всем мусульман, потому что есть специализированные законы и вопросы, в знании которых нуждаются только некоторые.  Гнев ради Аллаха и борьба на пути Аллаха это одно, а этика и культура в дискуссии с иноверцами совсем другое. Провокации и оскорбления, которые приводят к вражде между последователями разных религий или мнений, сталкивают людей, ничем не оправданы. Также споры между мусульманами по религиозным вопросам, запрещались посланником Аллаха, как пришло во множестве хадисов. Большая часть споров спровоцирована совершенно не актуальными вопросами, которые были записаны в старых религиозных книгах, написанных века назад.

 

В хадисе: «Если народ впадет в споры после тог, как они пошли правильным путем, они обязательно заблудится». После чего он прочитал аят «Они говорят: «Наши боги лучше или он?». Они приводят его тебе в пример только для того, чтобы поспорить. Они являются людьми препирающимися!», (Украшение 58). Также посланник Аллаха сказал «Я гарантирую, что кто оставил спор, когда он неправ, ему будет построен дом внизу рая, кто оставил спор, когда он прав, ему будет построен дом в середине рая. А тот, кто следовал наилучшей нравственности, ему будет построен дом в самом верху рая», (Абу Дауд от Абу Умама, такой же смысл в версии у Тирмизи от Анаса).

 

Абу Дарда рассказывает: Мы однажды сидели и горячо спорили по вопросу веры, когда к нам подошел посланник Аллаха, мир ему, он сильно разгневался и покраснел так, как будто его лицо покрылось соком граната. Он сказал нам: «Осторожно о умма Мухаммада, погибли те, кто был до вас именно потому, что спорили о своей вере. Оставьте споры, потому что верующий не спорит. Оставьте споры, потому что спорщик обязательно будет в убытке. Оставьте споры, потому что спорщику будет писать грех, пока он это продолжает. Оставьте эти споры, в них мало блага, а заядлому спорщику не будет моего заступничества в судный день. Оставьте споры, ведь я гарантирую три дома в раю, внизу рая, в середине и наверху. Это тому, кто оставил спор даже когда он прав. Оставьте споры, потому что первое, что запретил мне мой Господь после идолопоклонничества — это спор», (Табарани, слабый хадис, но смысл его подтверждается достоверными хадисами).

 

Споры, в которых оппонентами руководят пристрастия и чрезмерные эмоции, гордыня и амбиции, сегодня чаще встречаются среди мусульман, нежели взвешенные, спокойные и братские диалоги, в которых может родиться полезное сотрудничество.

Мы стремимся привести два направления к теплым и братским отношениям, это необходимо вполне возможно. В этом будет большая награда, выполнение приказов Корана и сунны, укрепление позиций ислама и уменьшение внутренних раздоров и бесполезной возни. Может быть, если ученые обоих направлений, вместо взаимных опровержений и двухсторонних разоблачений, перейдут к искренним встречам и спокойным обсуждениям, результат мы увидим быстро. Знакомство и реальное общение дает много больше понимания и сближения, чем переписка на страницах книг и статей, в которых каждая стороны пытается доказать свою правоту, не обращая внимания на аргументы другой стороны.

 

Ибн Таймия писал: «Последователи тасаввуфа это группа людей, которые усердствуют в послушании Аллаху, также как усердствуют другие из мусульман. Среди них есть те, кто опередил остальных и приблизился к Аллаху в соответствие со своим усердием. Среди них тот, кто усердствовал, и он будет из людей правой стороны. И в обеих группах могут быть те, кто искал правильное решение (иджтихад) и мог ошибиться. Среди них есть такие, которые совершают грех и каяться, или не каяться. К ним может относиться человек, что не справедлив к себе и ослушается своего господа. И так все люди».

В основе своей тасаввуф это поклонение, духовное очищение, воздержание, искренность.

 

Ибн Таймия отмечает «Тасаввуф имеет свои истины и состояния. Многие суфии говорили, что является тасаввуфом, давали этому понятию определение, разъясняли условия, нравы и пути. Некоторые говорили, что суфий это тот, кто очистился от всей грязи, наполнился размышлением и для него золото и камень одинаковы… и другие смыслы, которые ведут суфия к правдивости с Аллахом».

 

Далее он пишет «Кто же относит себя к суфиям, но он является последователем новшеств, заблуждений и лжеучений, то ученые тасаввуфа отрекаются от них и заявляют, что эти к суфиям не относятся. Так, Джунейд сказал, что Халладж не имеет отношения к пути тасаввуфа». Это слова Ибн Таймия, и здесь возникает вопрос, как могут некоторые люди, которые считают себя последователями этого ученого, называть тасаввуф – нововведением, заблуждением и отходом от ислама.[11]

 

Некоторые люди, само утверждаются, когда направо и налево раскидываться такими словами как многобожие, заблуждение, новшество. Они не повторяют слова ученых, не довольны тем, что говорят имамы. Они хотят обвинить каждого человека, что усердствует в поклонении, много молится и постится. Каждый, кто изучает тасаввуф и взвешенно относится к людям тасаввуфа, для них будет последователем многобожия и новшеств.

 

Можно прочитать книжечку одного такого недоучек, и увидеть, что на нескольких страничках он до пяти сотен раз использует слово многобожие или нововведение. По его невежественному представлению, вокруг него, все мусульмане, это одни многобожники, заблудшие и еретики. Как вернуть таких людей к разуму, к пониманию ислама? Это не просто, если увидеть, что в своем самообольщении, они не способны понять всю глубину невежества своих суждений и несправедливость обвинений.

 

Бухари приводит от Абу Зарра, что посланник Аллаха, мир ему, сказал «Если один человек обвинит другого в нечестии или неверии, это обязательно вернется к нему, если не будет соответствовать действительности».  Абу Дауд приводит, что посланник Аллаха сказал «Если умрет ваш знакомый, оставьте его и не говорите о нем плохо». Подобных хадисов много, ограничимся некоторыми.

Смысл сводится к тому, что без ясного и полного подтверждения, запрещено обвинять мусульманина в грехе, неверии и т.п. Но эти люди не находят для себя препятствия обвинять больших ученых, известных своими знаниями, нравственность и поклонением, не имея никаких доказательств вины. Почему бы им не бояться Аллаха, и не удержать свои языки от лживых обвинений. Сколько признанных ученых, мыслителей, воинов ислама, которые отдали свои жизни борьбе за возрождение ислама, не избежали ложных обвинений и клеветы со стороны этих невежеств.

Известные ученые ислама, призывали мусульман возвращаться к истокам, первоисточникам, основам. В своих словах, он не выходили за рамки сказанного признанными учеными прошлых веков.  Они учили универсальному и умеренному пониманию ислама, основанному на Коране и сунне, по пути праведных предшественников, обращаясь к наследию имамов. Они говорил, что ислам, это государство и родина, правительство и умма, нравственность и сила, милосердие и справедливость, образование и закон, наука и судопроизводство, материальное богатство и имущество, труд и доход, джихад и призыв, армия и идея. Это правдивое вероучение и искреннее поклонение, все это равнозначно. Они служил делу возрождение ислама, и стали символом для нового поколения мусульман. Они подняли наши головы, чтобы мы снова посмотрели вверх, после веков унижений и застоя. Именно поэтому, враги ислама объединили свои усилия, чтобы очернить этих человека. Они потратили на это много сил и средств, и нашли для этого грязного дела много наемников и глупцов из числа самих мусульман.

 

Эти ученые и деятели ислама вытягивают умму из трясины застоя и невежества, зависимости и тирании. И тут, враги этой умму чувствуют всю опасность этой работы, и организовывают множество компаний по распространению лжи и клеветы, в которых участвуют некоторые мусульмане.

Удивительно находить среди наших братьев мусульман, тех, кто считает, что он работает для ислама, служит Аллаху, возвышает слово истины, но на практике они упрямо и слепо распространяют слухи и клевету, за которыми стоят враги ислама. Это заговор с целью очернить мусульманских лидеров, выдающихся ученых и мыслителей, которые самоотверженно, со знанием, искренностью и ясным виденьем открыли век возрождения, указали остальным путь и научили, как по нему идти.

Иногда, чтобы добраться до личности одного из ученых и лидеров нашей уммы, враги очерняют и пытаются ударить по репутации и авторитету десятков других выдающихся людей современного исламского возрождения. И те из невежественных мусульман, которые участвуют в этих компаниях, пусть знают, что это большой грех, и они будут сурово спрошены за все свои разрушительные дела. Сегодня нет ни одного авторитетного исламского ученого, общественного и политического деятеля, реформатор или проповедника, на которого не бросались эти люди со своими глупыми и надуманными обвинениями. Искренни они в этом деле или же все-таки это не более чем сознательное участие в войне против исламского возрождения?! Аллах знает, что в сердцах людей.

 

Мы надеемся, что истина проявится, и ничто не скроет её. «Они хотят погасить свет Аллаха своими ртами, но Аллах сохранит Свой свет, даже если это ненавистно неверующим», (Ряды 8).

 

 

 

Тасаввуф у известных ученых ислама

 

Оставим названия и наименования, даже слова тасаввуф или суфий не принципиальны, и сконцентрируемся на целях, основах и принципах пути духовного воспитания и очищения сердца. Этот путь, в понимании ахлю-сунна, основан на Коране и сунне, и не оставался без внимания имамов ислама с самых ранних времен.

От известных ученых передают мнения и слова относительно тасаввуфа, которые необходимо проверять на достоверность передачи и точность толкования. Это серьезная научная работа.

 

 

Имам Абу Ханифа

 

В книге аль-Хаскафи, под названием Ад-дурруль мухтар, пришло: Абу Али Дакъакъ сказал: Я взял этот путь от Абу Къасима Насрабади. Он сказал: Я взял его от аш-Шибли, а он от ас-Сарри ас-Сакъати, а он от Мааруф аль-Керхи, а он от Дауда ат-Таий, а он взял эти знания и путь от Абу Ханифы, да будет доволен им Аллах. И все они хвали его и признали его достоинства[12].

 

 

Имам Малик

 

Имам Малик, как приводится в нескольких книгах, сказал: «Кто изучил фикха но не воспитал себя в тасаввуфе, тот станет нечестивцем. А кто последовал тасаввуфу, но не изучил фикх, тот станет зындыком (еритиком). Кто же это объединит, тот последует верным путем»[13].

 

 

Имам аш-Шафиий

 

Ибн Кайм в Мадариджу саликин (Степени идущих): «Имам аш-Шафиий сказал: «Я дружил с суфиями, и не получил пользы от них, кроме двух слов.  Первое: Время – как меч, если не разрубить его, оно разрубит тебя. Второе: Душа, если ты не займешь её истиной, она займет тебя ложью».

Я скажу так, это великие слова, насколько они полезные, собравшие в себе много смыслов. И как сильно они говорят об устремлениях и сознательности того, кому они принадлежат. И в одобрении слов этой группы достаточно похвалы аш-Шафиийя»[14].

 

Имам ас-Суюти привел те же слова, в другой версии «кроме трех слов…отсутствие – безопасность»[15]. Также, Аль-Аджалуни привел, что аш-Шафиий сказал: «В этом мире я люблю три вещи: отказ от вычурности, мягкое отношение с людьми и следование пути тасаввуфа»[16].

 

Примечание:

 

От аш-Шафиий, также как других имамов, перелаются слова осуждения суфиев и тасаввуфа. Например, Байхаки передает от него: «Я не видел разумного суфия, кроме Муслима аль-Хаваса» и другие его слова.

 

Если коротко, то порицание ученых в адрес суфиев или тасаввуфа подразумевается осуждение суфиев по названию, которые делами своими или мнениями отошли от пути Корана и сунны. Точно также, когда некоторые ученые осуждали «ильмуль калям» или «раий», они подразумевали то, что противоречит шариату. В современном контексте, некоторые группы именуются «салафитские», но критика в их адрес, их ошибки или противоречия шариату никак не относятся к праведным предшественникам, к последователям которых они себя причисляют.

 

Сам Байхаки, после цитаты аш-Шафиийя, комментировал: «Он подразумевал того, кто присоединился к суфиям, кто лишь по названию, но не взял смысла, взял внешний вид без сути. Он оставил труд, возложив свое пропитание на мусульман, не заботился делами мусульман и не соблюдал их прав. Он не занимался поиском знаний и поклонением Аллаху…».

Также он передает от аш-Шафиий: «Не будет суфий суфием, если не соберет четыре качества: ленив, много есть, спит, и праздно проводит время». Байхаки комментировал: «Здесь он порицал тех суфиев, которые отличались такими качествами. Но эти слова не касаются к тем, кто очистился в тасаввуфе, правдиво уповал на Всевышнего Аллаха, соблюдал нормы шариата в своем взаимоотношении с Всевышним Аллахом и взаимоотношении с людьми. И передается, что аш-Шафиий был спутником суфиев и брал от них знания. Аш-Шафиий сказал: Я дружил с суфиями десять лет.

Далее аль-Байхаки приводит: До меня дошло, что он увидел от некоторых суфиев то, что ему не понравилось, и тогда он сказал эти слова осуждения»[17].

 

Имам Ахмад ибн Ханбал о тасаввуфе

 

От имама Ахмада также передаются многие высказывания относительно людей тасаввуфа. Одни одобрительные, другие предостерегающие. Опять-таки, это не противоречие, потому каждому слову свое место, свое условие.

 

Например, Аб Тахир в «Туюрият» приводит, что Ахмада спросили, почему суфии сидят в мечети, упования на Аллаха без знаний. Он ответил: Знания посадило их в мечети.

Также Ахмада спрашивали о некоторых делах суфиев, и он оправдывал их[18].

 

Ибн Муфлих, ученик Ибн Таймия, имам ханбалитского мазхаба, в своей книге «Аль-Фуруа», и Ас-Сафарини в «Гъизауль альбаб», такжее известный ханбалитский ученый, привели высказывания Ахмада относительно суфиев. В одном из них он сказал: Я не знаю людей, лучше, чем они.

Также, когда его спросили об их душевных состояниях, когда они слушают (чтение Корана или поминание Аллаха), он сказал: Оставьте их, пусть радуются час в том, что между ними и Аллахом[19].

 

«Состояния души» здесь, возможно то, что они в сильной эйфории, кто-то теряет сознания, некоторые даже умирали. Ахмад оправдывал их в этом тем, что их постигало сильное душевное волнение, которые могло привести к таким последствиям. Так же, как он оправдывал Яхью Куттана, который терял сознание от волнения при чтении некоторых аятов Корана.

 

Ахмад, однажды был у Исмаила ибн Исхака и услышал слова Хариса аль-Мухасаби. Он сказал: «Не знаю, чтобы я видел кого-то подобных им, и не слышал слов об истинах, подобных словам этого человека. Я считаю, что тебе нельзя быть с этим человеком»[20].

Ахмад восхвалял этих людей, которые достигли определенных душевных состояний, и их слова, но не рекомендовал другим людям следовать за ними.

 

Ибн Хаджр привел слова Ахмада и комментировал: «аль-Хатиб привел с достоверной цепочкой эти слова Ахмада. Он не рекомендовал быть с ними, потому что эти люди не были на их степени. И аль-Мухасаби занимал очень узкую степень, держатся которой не дано любому человеку. И Ахмад боялся, что он не сможет соблюдать требования этой степени»[21].

Эту историю полностью приводит аль-Хатиб в Тарих. Ахмад слушал слова Хариса аль-Мухасаби, похвалил этих людей и то, что они говорили, но запретил Исмаилу ибн Исхаку сидеть с ними[22]. Как Ибн Хаджр сказал, здесь, скорее всего идет речь о человеке, который не готов к правильному пониманию их слов или практическому соблюдению требований их пути.

 

Ибн Муфлих приводит в «аль-Адаб аш-шараийя»: «Имаму Ахмаду задали вопрос из темы «аль-уара» (сильная предосторожность в отношении сомнительного, высокая степень богобоязненности). Он сказал: Я прошу прощения у Аллаха, не позволительно мне говорить на тему «аль-уара», если я принимаю пищу из сборов (доход, урожай) Багдада. Вот Бишр ибн Харис может ответить на этот вопрос, потому что он не есть их сборов Багдада и того, что вырастили на общей земле Ирака»[23].

 

Ибн Абу Юаля приводит: «Ахмад спросили про Бишра аль-Хафий, и он назвал его четвертым из семи «аль-абдаль», признавая его духовные достоинства». Там же, что Ахмад сказал о Бишре аль-Хафий: «Он из аль-абдаль и тех, на чью молитву отвечает Аллах».

 

Также приводится, что в присутствии Ахмада, сказали, что Мааруф аль-Керхи (один из имамов тасаввуфа) имел мало знаний. Он сказал на это: «Прекрати, пусть Аллах тебя простит, есть ли у знаний другая цель, кроме того, что достиг Мааруф?!»[24].

 

Также, Ибн Джаузи говорил о достоинствах Бишра аль-Хафий, ссылаясь на известных ученых. Нет нужды, здесь приводит все эти свидетельства более подробно[25].

 

 

Примечание

 

Подразумевается, что сборы Багдада состоят из того, что получено справедливо и того, что несправедливо. И даже если большая часть была собрана законно, Бишр отказывался брать что-либо из этого, остерегаясь сомнительного. Также, общие земли Ирака, не были разделены законно, но некоторые влиятельные люди присвоили их себе, и Бишр отказывался, есть из того, что там вырастили. Приводится, один человек спросил Абдуллаха ибн Мубарака: «Если я приеду в Багдад, где посоветуешь мне остаться? Он ответил: Если такое испытание с тобой произойдёт, то поселились на земле реки Даджадж, потому что те земле в руках их владельцев, и никто их не присвоил себе незаконно»[26].

 

Имам Ахмад получал, что-либо из этого честно и законно, и не считал запрещенным покупать что-то из этого. Но Бишр был крайне осторожным, и отказывался принимать в пищу то, что считал, возможно, сомнительным.

 

Ахмад, возможно и не уступал Бишру в предосторожности. И однажды он объяснил, почему был вынужден брать что-то из, возможно, частично сомнительного. В своей книге «аль-Уара», имам Ахмад приводит: «Меня спросили, ел ли Бишр ибн Исхак из сборов Багдада? Я ответил: Нет, не ел и порицал тех, кто это делал. Его укрепило то, что за ним не было семьи и детей, которых нужно было кормить. Тот, у кого есть семья и дети, не способен на то, у кого нет семьи и детей. По моему мнению, нет ничего плохого, если бы ел из этого»[27].

 

Относительно людей, которых называют: Аль-абдаль, аль-актаб, аль-агъуас, ан-нукъаба, ан-нуджаба, эти и другие название категорий праведников, приводятся в некоторых преданиях. Часть из этих преданий слабая, или даже вымышленная, часть передается как хадисы от пророка, мир ему и благословение. Относительно достоверности этих хадисов, ученые расходились во мнениях.

Например, Ахмад приводит хадис с упоминанием «аль-абдаль», праведников среди людей Шама. Если один из них умирает, его заменяет другой. Но у этого хадиса нет целостной цепочки передачи, он либо слабый, либо ложный, как сказал Ибн Джаузи.

Таких хадисов несколько, но почти все они слабые, однако, аль-Аджалуни в «Кешфуль хафа» считал, что они укрепляют друг друга.

 

Аль-Манави ссылаясь на Ибн Хаджра писал, что некоторые из хадисов, в которых упоминаются аль-абдаль слабые, другие могут быть достоверными. Также сказали ас-Суюти и ас-Сахави. В любом случае, если предположить, что эти хадисы достоверные, они говорят о богобоязненных верующих, соблюдающих шариат Корана и сунны со знанием, искренних в своих делах и поклонении.

 

 

Харис аль-Мухасаби

 

Имам Захаби, ссылаясь на признанных ученых, писал о Харисе аль-Мухасаби (из имамов тасаввуфа): «Аскет, обладающий знаниями, шейх суфиев, Абу Абдуллах Харис аль-Мухасаби, автор трудов, посвященных аскетизму и духовному воспитанию. Хатиб сказал: Он автор многих книг, посвященных воспитанию души, аскетизму, основам религии, разоблачению муатазилитов и рафидитов.

 

От Ахмада передается, что он хвалил его в чем-то, и предостерегал в чем-то. Относительно предостережения Ахмада шла речь выше.

 

Ибн Хиббан, известный ученый хадиса, сказал о нем: «Он тот, кто укрепил сунну в Сархасе и призывал людей следовать ей».

 

Мухаммад ибн Яхья Зухлий, большой ученый, знаток хадиса, имам Найсабура, сказал о нем: Был имамом в религии, обладал достоинствами и благочестием»[28].

 

Также имам аз-Захаби в «Сияр иалямуль нубаля», приводит мнения людей, которые хвалили его в чем-то, и мнение других, которые критиковали в чем-то. Одни высказывали взвешенные мнения, другие явно субъективно высказывали обвинения, которые не имеют оснований. Например, некоторые сказали, что он совершил нововведение, когда исследовал состояние души, страстей и их категории, степени сомнений и наущений. Якобы это, новшество, которого не было до него. Нет сомнений, что это поверхностное суждение, которое приравнивается к тому, когда некоторые обвинили ученых фикха в том, что они придумали науку фикх, а это новшество.

 

В общей сложности, ученые ислама признавали его знания, веру, поклонение, усердие, множество достоинств, и указывали на несколько ошибок в его суждениях. Аль-Мухасаби углубился в некоторые вопросы доктрин – ильмуль-калям, в которых никто не избежал ошибок.

 

Сам аль-Мухасаби, в разных трудах, четко обозначал свои позиции по самым основным религиозным вопросам. В «Рисалятуль уасая» он писал о поиске истины, о том, что начал с очищения сердца от власти страстей, об осторожности в отношении разногласий уммы, которая разделилась на мазхабы и группы. Он пишет: «Я нашел, что умма ислама, несмотря на расхождения в различных вопросах, единогласна в следовании книге Аллаха, соблюдении богобоязненности, исполнении обязанностей, соблюдении границ дозволенного и запрещенного, искренности в покорности Аллаху, следовании примеру посланника Аллаха, мир ему…».

 

Далее: «Я изучал обязанности и сунну, получая знания ученых хадисов, и нашел, что они в чем-то единогласны, в чем-то разошлись. Но они объединились в том, что эти знания необходимо получать у тех ученых, которые знают Аллаха и Его законы, познали Аллаха и своими делами стремятся к Его довольству, остерегаясь всего, что он запретил и может привести к запрещенному, следуют примеру пророка Мухаммада, мир ему, предпочитают будущий мир этому миру. Лишь эти ученые, на самом деле исполняют приказы Всевышнего Аллаха и следуют сунне Его посланника».

 

Далее, аль-Мухасаби отмечал, что истинные ученые ислама, объединили знания Корана и сунны с делами, соответствующим этим знаниям. Он пишет: «Они искренние в своем совете умме, они считают грехи губительными, не отчаиваются в милости Аллаха, проявляют довольство в терпении всех трудностей или несчастий, они довольны всем, что Аллах им предопределил и благодарны за Его милости. Они доносят людям любовь к Аллаху, напоминая им о Его дарах и милостях, побуждая бояться Аллаха и быть смиренными с Ним. Они ученые величия Аллаха и Его могущества, ученые Его книги и сунне, знатоки Его законов и того, что он любит и что ненавидит. Они опасаются страстей и нововведений, оставляют углубления и усложнения в религии, ненавидят споры и препирательства. Они удерживают себя от сплетен и несправедливости, идут против своих прихотей и строго отчитывают свои души. Они владеют своими руками, ногами, языком, глазами и ушами, осторожны в том, что едят, надевают и во всех своих делах, держась подальше от сомнительного. Они ограничивают себя самым малым из пищи и малым из того, что дозволено им, воздерживаясь в том, что разрешено. Они страшатся отчета Судного дня, испытывают трепет перед ним. Они заняты в своем кругу тем, что касается их самих, следят за собой, упрекают себя за грехи или недостатки, оставляя других людей, ведь у каждого из них множеством собственных забот. Они истинные обладатели знаний о Судном дне, о делах воскрешения и отчета, о достойном вознаграждении и ужасном наказании. Все эти знания, привели их к постоянной печали и заботе, заняли их от радостей этой жизни и её наслаждений…».

 

Далее: «И я пожелал последовать их пути, получая пользу в их знаниях, обращаясь к их воспитанию и дисциплине. Я люблю слушаться их наставлений, никого не приравнивая к ним…»[29].

 

Это некоторые из пояснений самого Хариса аль-Мухасаби о том, какими признаками отличается истинный путь. Этим и ограничимся.

 

 

Ибн Аби Асим Ахмад ибн Амр

 

Имам аз-Захаби, ссылаясь на признанных ученых, писал о Ибн Аби Асиме (из имамов тасаввуфа): «Большой ученый хадиса и фикха, судья Исфахана, признанный имам ахлю-сунна, автор множества книг и сборников хадисов. Ибн Мардавих сказал: Большой знаток хадис и последователь сунны.

Абу Аббас ан-Насавий писал: Ибн Аби Асим из людей Басры, из суфиев мечети, из ахлю-сунна, знатоков хадиса. Он известен своим усердием в поклонении Аллаху, в призыве к благим делам и запрете греховных дел»[30]. Это лишь некоторые высказывания об известных ученых, которых относят к ранним суфиям.

 

 

Ас-Сарри ас-Сакъати, шейх Джунейда

 

Ас-Сарри ас-Сакъати – один из имамов тасаввуфа, шейх Джунейда.

Абу Хамид аль-Газали писал в «Ихья»: «Джунейд сказал: Мой шейх ас-Сарри ас-Сакъати спросил меня однажды: Если ты оставишь мое оставишь мое собрание, с кем ты будешь? Я сказал: С аль-Мухасаби. Он сказал: Да, бери из его знаний и воспитания. Но оставь его чрезмерное красноречие и вычурность речи, и оставь его споры и опровержения философам-догматикам. Когда я встал и пошел, услышал его слова: Пусть Всевышний Аллах сделает тебя обладателем хадиса суфием, и не сделает тебя суфием обладателем хадиса»[31].

 

Имам аль-Газали сказал: «Этими словами, он отмечает, что успешный путь — это изучение хадисов и наук, после чего обращение к тасаввуфу. Если сделать наоборот, погрузится в тасаввуф до получения знаний и изучения сунны, человек подвергнет себя опасности».

 

Этот смысл подтверждается тем, что приводит имам аль-Байхаки: «ас-Сарри ас-Сакъати сказал: Кто погрузился в поклонение и духовный поиск, и только после начал писать знания, я за него опасаюсь. Но тот, кто писал знания, и только после этого погрузился в усердное поклонение, я надеюсь, будет спасен»[32].

 

Примечание:

 

Причина порицания шариатом чрезмерной вычурности и затейливости в речи, ненужного усложнения и риторической неестественности, в том, что это отдаляет от цели речи – ясное и правильное донесение смысла до слушателя.

В тоже время, Ислам поощряет красноречие, лаконичность, непринужденность в речи, которое заключается в ясности, полноте, красоте и лаконичности избираемых слов, и составлении предложений.

 

Посланник Аллаха, мир ему и благословение, гордился тем, что обладает красноречием, которое у арабов именуется как «джауамиуль келим» – умение говорить лаконично, коротко, ясно, красиво и содержательно. В достоверном хадисе приводится, что пророк сказал: «Мне дарована краткая, но содержательная речь». Также он сказал: «Я самый красноречивый из арабов». Всевышний Аллах восхвалял Свою книгу, Коран тем, что его книга красноречивая – «китабуль мубин». Примеров множество, но мы ограничимся этими.

 

 

Имам аль-Хаким, ученый хадиса и автор аль-Мустадрака, о начале тасаввуфа

 

Аль-Хаким приводит от Абу Хурейры: «В Суффа было семьдесят человек, которые ничего не имели». Аль-Хаким комментировал этот хадис: «Я нашел, что из них были большие сподвижники пророка, мир ему, которые отличались богобоязненность, упованием на Аллаха и постоянным служением Аллаху и Его посланнику. Всевышний Аллах избрал для них простоту, бедность и лишения мирских благ, чтобы они обратились к Всевышнему Аллаху в благоговейном поклонении. Они оставили мирскую жизнь её владельцам, и это группа, от которых берут свое начало суфии, из века в век»[33].

 

Примечание

 

Ас-Суффа – место в мечети, которую посланник Аллаха, мир ему, выделил для переселенцев, у которых не было ни семьи, ни жилья. Здесь следует отметить, что обитатели Суффа были бедны и лишены семьи или жилья не по своему желанию. Они были лишены этого вследствие изгнания и переселения, но были довольны своим уделом, проявляли терпение и уповали на Аллаха. Некоторые время, часть из них жили на помощь сподвижников из ансаров. Но со временем это положение изменилось, большинство из них нашли возможность трудиться, добывать необходимое для жизни, построить жилье, женится.

Население Суффы в мечети пророка, мир ему, не были тунеядцами, которые обратились к поклонению за счет труда и обеспечения других мусульман. Никто из них преднамеренно полностью не отказался от собственного жилья, семейной жизни, труда. Но эти лишения были испытанием на пути Аллаха, которые они прошли с терпением и довольством.

Ислам этого не предписывал и не одобрял, ни в Коране, ни в сунне.

 

Посланник Аллаха, пророки до него, сподвижники пророка Мухаммада, наилучший пример для мусульман, все они трудились, женились, заводили семьи, строили жилища, увеличивали свое состояние. Это не было накопительством и приумножением, но это был поиск милости Аллаха, за которые они благодарили Его. Посланник Аллаха, мир ему, помогал им «встать на ноги», ансары, состоятельные единоверцы, помогали им в первое время также. Хадиджа, Абу Бакр, Осман ибн Аффан, и многие другие сподвижники, да будет доволен ими Аллах, много раз помогали посланнику Аллаха, мир ему, своим имуществом, своими возможностями. Они участвовали в общественных делах, решали проблемы уммы, не оставались в стороне от дел других людей.

 

Пророк, мир ему, учил их труду для того, чтобы они были самостоятельными, и не ждали помощи от других, бездействуя. От пророка, мир ему, передаются десятки хадисов, в которых он приказывает трудиться, обеспечивать себя по мере возможности, и не полагаться на помощь людей. Участвовать в общих делах уммы, общества, призывать к благим делам и порицать грехи. Получать полезные знания и передавать их другим. Он призывал жениться и воспитывать верующее потомство.

 

Также, первые люди тасаввуфа, помимо усердия в поклонении и строгости следования букве Корана и сунны, отличались благородством нравов, скромностью, мягкостью, смелостью, умом. С ними нельзя сравнивать поздних людей, которые соблюдали внешние «суфийские» атрибуты, как халат, чалма, четки, или соблюдают ритуалы и кружки поминаний, с наигранными душевными состояниями. Так же, как отличались невежеством в шариате, слепом подражании «наставникам» и различными крайностями, противоречащим сунне пророка, мир ему, и его сподвижников. Отсюда, все поздние люди, которые претендуют на тасаввуф, но отошли от пути Хасана аль-Басри, Хариса аль-Мухасаби, Ибн Аби Асима или аль-Джунейда, относятся к тасаввуфа лишь в их воображении.

 

аль-Хаким, привел в Мустадраке хадис от Ияда ибн Сулеймана, в котором собраны различные качества благочестивых людей, но этот хадис очень слабый, как сказал имам аз-Захаби. Он сказал, что это порицаемый хадис, который нельзя было принимать в этот сборник[34].

 

Я не буду приводить этот хадис, однако нас интересует следующий комментарий Хакима: «Таким образом, те люди из суфиев нашего времени, чьи дела и качества соответствуют перечисленному в хадисе, они добились успеха и идут путем своих предшественников. Суфии это одна из групп мусульман, среди них есть как благочестивые, так и нечестивцы, а не как воображают многие невежды из простых людей. Если бы люди знали положение первых суфиев в исламе и их близость к посланнику Аллаха, мир ему, они воздержались бы многих обвинений в их адрес…»[35].

 

аль-Хаким, как мы видим, старается держаться взвешенной и умеренной позиции относительно суфиев. Он утверждает, что ранние суфии обладали множеством достоинств, отличались верой, нравственностью, поклонением. И те, кто пришел после, и называется суфием, может соответствовать или противоречить примеру предшественников тасаввуфа. Поэтому, нельзя к суфиям относиться однозначно плохо или хорошо, как одному целому и единообразному. Они одна из групп мусульман, среди которых есть праведные и грешные, следующие истине и заблуждающиеся.

 

Имам Ибн аль-Джаузи  

 

Ибн аль-Джаузи, один из известнейших и авторитетнейших ученых, которого можно характеризовать как ханбалита – суфия. В своей прекрасной, и крайне полезной книге Тальбисуль иблис, он писал: «Тасаввуфу давали разные определения, суть которых сводится к следующему: Тасаввуф это воспитание души и старание в исправлении своего характера, путем борьбы с порочными нравами и приучением к благородным нравам, таким как аскетизм, великодушие, терпение, искренность, правдивость и других благочестивых качеств, обладатель которых заслуживает уважения в этой жизни и вознаграждение в будущей жизни».

Далее, Ибн аль-Джаузи приводит с цепочкой от ат-Туси, что Джунейда ибн Мухаммада спросили, что такое тасаввуф. Он сказал: «Это избавление от любого порочного нрава и соблюдение всех нравов, соответствующих сунне (нравам ислама)».

 

Далее, Ибн аль-Джаузи в заключении пишет: «На этом были начинатели этого пути, но затем, иблис (шайтан) обманул их в чем-то, затем обманул тех, кто пришел после них в чем-то другом. И так, с каждым новым веком, надежда иблиса обмануть новое поколение крепла, и он обманывал их все больше и больше, пока он полностью не ввел в заблуждение поздних из них…»[36].

 

В другом месте он пишет: «Первые суфии были убеждены, что опорой истинного пути есть Коран и сунна, но шайтан обманывал эту группу из-за малости их знаний.

аль-Джунейд сказал: Абу Сулейман ад-Дарани сказал: «Иногда, я мог услышать одно из высказываний этой группы, которое нравилось мне, но я не принимал его, пока не находил два справедливых свидетеля в Коране и сунне!».

 

Также, он приводит с цепочкой от Абу Язида Бистами: «Кто оставил чтение Корана, воздержанность в малом, участие в похоронах, посещение больного, и претендовал на то, что он суфий, то знайте, что он из последователей нововведений».

Сам аль-Джунейд, ясно сказал: «Наш путь определен и ограничен Кораном и сунной»[37].

 

Это некоторые отрывки из книги Ибн Джаузи, в которой он дал тасаввуфу и его последователям взвешенную оценку, далекую от преувеличений и преуменьшений.

 

 

Изз ибн Абдуссалям

 

Это известный шафиитский ученый, которого прозвали султаном ученых, в книге «аль-Къаваид», писал: «Этот путь в исправлении сердца, от исправности которого зависит исправность тел, и от испорченности которого портятся тела, заключается в очищении сердца от всего, что отдаляет от Аллаха и украшении его всем, что приближает к Нему, и заслуживает Его милости из состояний, слов, дел, благих надежд. Это постоянно стремиться к Нему, слушаться Его, представать перед Ним, в меру возможности, чтобы это не привело к вреду и утомлению.

 

Знание этого пути получили название Знание истины (хакъикъа), и истина не выходит за рамки шариата. Более того, шариат переполнен исправлением сердец познанием истин, состояний души, твердости решений, намерений, и всего остального, что мы упоминали в из дел сердец. Знание норм явного (внешнего) это знание важнейшей стороны шариата, а знание норм скрытого (внутреннего) это знания тонкостей шариата. Отрицать, что-либо из этого может лишь неверующий или нечестивец. Некоторые люди, относящие себя к этой группе, не из них и ни в чем им не подобны, они хуже, чем разбойники с дороги»[38].

 

В другом месте, он пишет: «Дел сердца много…одно из них, это поклоняться Аллаху так, как будто он Его видит. Если не способен на это, тогда поклоняться, представляя, что Аллах на него смотрит. Это состояние называется «аль-ихсан» в поклонении. Из этих дел, освобождение сердца от всего сотворенного, чтобы оно было занято лишь Господом небес и земли. Это состояние люди духовной чистоты (аль-сафуа) называют «аль-фена» – исчезновение. Духовная чистота по своей сути — это безразличие ко всему сотворенному, кроме Господа всего сотворенного. К этому относится воздержание излишков дозволенного в этом мире, за исключением вознаграждаемого и поощряемого в шариате»[39].

 

 

Имам ан-Навави

 

Имам ан-Навави не нуждается в том, чтобы его представлять. В его послании «аль-Макъасид», он писал: «Основы тасаввуфа пять: страх перед Всевышним Аллахом в тайном и явном, соблюдение сунны в делах и словах, отстранение от творений в движении к ним или уходе от них, довольство тем, что дал Аллах, малом или многом, возвращение к Аллаху в плохом или хорошем положении»[40].

 

Это определение тасаввуфа у ан-Навави. В толковании к сборнику Муслима, он пишет: «Абу Абдуллах аль-Фаравий был ученым фикха и основ фикха, знатоком хадисов, передавал множество хадисов с цепочкой. Некоторые сказали, что аль-Фаравий передает от тысячи передатчиков хадисов. Его знания распространились по многим землям и его называли «ученым фикха аль-Харама» – мекканской мечети, потому что он распространил свои знания в Мекке».

Далее: «Ибн Асакир похвалил его и указал на множество достоинств и сказал: Он был воспитан среди суфиев в их местах обучения, и он получил благословение их дыхания. Он изучил множество трудов по фикху и его основам, учился у Зейнульислам основам религии и тафсиру, затем продолжил обучение у аль-Джувейни, имама двух священных мечетей»[41].

 

Также ан-Навави приводит: «аль-Хаким сказал про аль-Джалуди: Он был праведным шейхом и аскетом, одним из больших поклоняющихся суфиев, брал знание и воспитание у больших шейхов из знатоков истин. Переписывал книги, ел то, что заработал своими руками, слушал уроки Абу Бакра ибн Хузеймы и тех, кто были до него. Знал мазхаб Суфьяна ас-Саурий и следовал его мнениям»[42].

 

 

 

Имам аш-Шатибий о тасаввуфе

 

Имам аш-Шатибий, известный маликитский ученый, который внес огромный вклад в развитие наук шариата. Его можно считать величайшим теоретиком в области целей и смыслом законов шариата, чему он посвятил одну из важнейших книг в этой области – «аль-Мувафакъат».

 

В другой известной книге, «аль-Иатисам», в разделах о нововведениях, аш-Шатибий писал: «Четвертая сторона, это все высказывания порицания новшеств и нововведений, исходящих от ученых и основателей суфизма, конечно, все то, что мы привели из хадисов достаточно, но в этом разделе я специально привожу слова в порицании новшеств, сказанных известными суфиями. Делаю это для опровержения обвинений некоторых невежественных людей, которые считают, что суфии легко принимают новшества и следуют им. Некоторые невежды думают, что суфии это те, кто выдумывает новые обряды, и следует им, создают новшества и призывает к этому. На самом деле, они далеки от этого, и даже более строги в отрицании новшеств. Первое, на чем основывается суфизм, это следование сунне Пророка Мухаммада, мир ему, и отрицание всего, что ей противоречит. (Абу Къасим аль-Кушайрий). Даже название суфизм было дано им для того, что отличить их как последователей сунны от тех, кто следовал новшествам и заблуждениям. Это отмечали многие исследователи истории тасаввуфа.

 

Можем вспомнить, что во времена Пророка, мир ему, мусульмане назывались «сахаба», ведь не было ничего выше сподвижничества. Затем, мусульман, следующих истине, называли «табиин», затем «табий табиин». После это люди разошлись, разделились на степени и группы, и тех, кто строго соблюдал сунну и следовал шариату, назвали «зуххад уббад», т.е. аскеты, усердно поклоняющиеся Всевышнему и остерегающиеся запретного.

 

Затем распространились новшества, искажения и заблуждения. Каждая группа претендовала на истину. Основывались все на том, что среди них были усердно поклоняющиеся, богобоязненные аскеты. Но чтобы отделится от тех, кто усердствовал в поклонении и аскетизме по пути новшеств и искажений, ахлю-сунна, назвались суфиями. Это конечно противоречит убеждениям тех невежд, чьи слова среди ученых даже не упоминаются».[43]

 

Шатибий приводит высказывания известных людей тасаввуфа: «Фудейл ибн Ияд говорил: Человек, который сидит с теми, кто следует новшествам, никогда не получит мудрости.

Ибрагиму ибн Адхаму сказали: Всевышний Аллах в Коране говорит: «Просите у меня, и я вам дам», но мы просим и не получаем ответа. Ибрагим сказал им: Это потому, что ваши сердца умерли из-за пяти вещей. Первая из них: вы познали Аллаха, но не соблюли Его права.

Вторая: читали книгу Аллаха, но не исполняли то, что в ней.

Третье: заявили, что любите Посланника Аллаха, мир ему, но не следовали его сунне.

Четвертое: заявили, что вы враги шайтана, но последовали за ним.

Пятое: сказали, что желаете войти в Рай, но не трудились для этого.

 

Зун-нун Мисрий сказал: Из признаков любви Аллаха следование примеру любимого посланника Аллаха, мир ему в его нравственности, делах, приказах и пути.

Он говорил: Порча человека начинается с шести вещей. Первое, это слабость намерение в делах для будущей жизни. Второе, когда тела людей подчинены страстям и инстинктам. Третье, когда они надеются на долгую жизнь, но срок их короток.  Четвертое, когда они предпочитают довольство созданий довольству Создателя, Аллаха. Пятое, когда люди следуют страстям и оставляют сунну Посланника Аллаха, мир ему. И шестое, когда люди небольшие погрешности праведных предков используют для оправдания себя, и забывают об их великих делах.

 

Также он говорил человеку, который попросил дать ему наставление: Пусть самым предпочтительным и любимым делом, для тебя будет исполнение приказов Всевышнего Аллаха и удержание от запретов. То, что обязательно в поклонении Аллаху, лучше для тебя, чем-то, что ты сам выбираешь из благих дел, пусть даже тебе кажется, что выбранное тобой лучше.

Также, воспитывай свою душу бедностью и воздержанностью. Раб Аллаха должен быть очень строгим в том, что ему предписано, и исполнять предписании в полном соответствии с правилами и нормами.  А то, что запрещено, он должен оставить в соответствии со всеми нормами и правилами запрета.

Воистину, небрежность в исполнении обязанностей, который Аллах предписал Его рабам, небрежное попустительство по отношению к Его законам, которые предписаны их сердцам, слуху, зрению, языкам их, рукам и ногам, животам и половым органам, это то, что отдалило их от Господа, лишило их способности чувствовать сладость веры и достигнуть сути праведности, ослепило их сердца по отношению к будущей жизни и судному дню.

 

Если бы они добросовестно и честно исполняли то, что Аллах предписал, Он открыл бы перед ними столько возможностей и дверей к благим и праведным делам, что тела и сердца их не смогли бы это все унести, не смогли бы поднять дары и милости из щедрости Его.

 

Но многие чтецы и писцы, что читают и пишут, пренебрегают маленькими грехами и проступками, с легкостью относятся к тем небольшим недостатками, что в них есть, почему и лишены награды и сладости праведности и её степени в мире ближнем.

 

Бишр аль-Хафий сказал: Во сне я увидел пророка Мухаммад, мир ему и благословение, и он сказал мне: О, Бишр! Знаешь ты, почему Аллах поднял тебя между твоими современниками? Я сказал: нет, о, посланник Аллаха. Он сказал: потому что ты следуешь моей сунне и моему примеру, потому что ты почитаешь праведных людей, даешь искренние советы своим братьям, любишь моих сподвижников и мою семью. Это то, чем достиг ты своей высокой степени.

 

Яхья ибн Муаз Рази сказал: Разногласия людей возвращаются всегда к трем основам. У каждой из этих основ есть противоположность и тот, кто отошел от одной из них, обязательно попадает в противоположность. Это единобожие и противоположность этого многобожие. Это сунна и противоположность этого новшества. Это послушание и противоположность этого грех и ослушание.

 

Ибрагим Кумар сказал: Из признаков любви к Аллаху – Его послушание и следование сунне Его пророка.

 

Сулейман ад-Дарани сказал: Иногда, я мог услышать одно из высказываний этой группы, которое нравилось мне, но я не принимал его, пока не находил два справедливых свидетеля в Коране и сунне!

 

Абу Къасим Джунейд сказал: Наш путь регулируется Кораном и сунной.

Он также сказал: Кто не выучил Коран, не пишет хадисы, не заслуживает быть примером, за которым следуют. Ведь наши знания ограничены Кораном и сунной.

 

Ибрагим аль-Хаввас сказал: Знаний не во множестве пересказов хадиса, а знание в соблюдении Корана и следовании сунне. Когда у него спросили, что такое благополучие, он сказал: благополучие, это религия без новшеств, это дела без нарушений, это сердце без мирских забот, это душа без страстей. Он говорил: терпеливость, это стойкость на пути Корана и сунны».

 

Это немногое из десяти страниц, что имам Шатибий привел в своей великой книге. Он сказал: «Слова их (суфиев) в этой главе многочисленные, и мы привели только некоторую часть их. Мы привели здесь часть того, что говорили их шейхи, которые учились у сорока двух шейхов, все, которые считали, что новшества в религии – заблуждение, и все приказывали строго соблюдать Коран и сунну.  А те, кто сошел с этого пути, группа заблудших позднего времени, которые причислили себя к суфизму лживо, и их положение известно и ни для кого не секрет».[44]

 

Ранние суфии, понимали истинную суть тасаввуфа, и видели искажения, внесенные невеждами и последователями страстей, поэтому, от них передается много предостережений. Как мы видим, они ясно предписывали держаться знаний, основанных на Коране и сунне, отбрасывая слепое подражание шейхам.

 

 

 

Ибн Таймия о тасаввуфе

 

Ибн Таймия говорит о тасаввуфе словами знающего и объективного ученого, который знает, о чем и что говорить. При этом, не искажая историю, не используя слухи и сплетни, не оскорбляя и не раскидываясь беспочвенными обвинениями без страха перед Аллахом и уважения к знаниям и науке. Этой теме в сборнике «Маджмуа аль-фатава» посвящена отдельный том, отрывки из которого я приведу ниже.

 

В Маджмуа аль-фатава, Ибн Таймия пишет: «Путь Аллаха не может быть пройден без знаний и дел, которые соответствуют шариату. Идущий по пути бедности, тасаввуфа, аскетизма и усердного поклонения, если не будет идти со знанием шариата, обязательно потеряет путь, и испортит больше, чем исправит.

Идущий по пути фикха, наук, доказательств и догматики, если не будет следовать шариату и исполнять то, что знает, окажется нечестивцем, потерявшим путь»[45].

 

Историю возникновения суфиев, Ибн Таймия описывает так: «Известно, что рождение (родина) тасаввуфа был город Басра (Ирак). В этом городе были люди, которые шли по пути усердного поклонения и воздержания в соответствии с иджтихадом (суждением) их, и в городе Куфа были люди, которые шли по пути знаний, исламских наук и фикха в соответствии с иджтихадом. Те суфии названы так, потому что одевали шерстяную одежду (суфф), и их стали называть суфий (одевающий суфф – шерсть). Но их путь не обусловлен одеванием шерсти, и они не обязывали это делать, но их связали с этой особенностью, потому что она бросалась в глаза». Вспомним, что посланник Аллаха, мир ему, не ограничивался шерстяной одеждой.

 

Далее Ибн Таймия пишет: «Первые, кто организовал суфийский кружок, были некоторые ученики и соратники Абдульвахида ибн Зейда, а сам Абдульвахид из учеников Хасана аль Басри. Абдульвахид был известен усердием в поклонении и воздержании, богобоязненностью и тому подобным, равных которому не было в других городах. Поэтому говорится: «Знаний – куфийские, поклонение – басрийское».

 

Суфийское поклонение и духовный опыт как плоды поклонения.

 

Ибн Таймия рассматривает основы духовного опыта, методов и множества страха и богобоязненности, приводя свое мнение и мнение других ученых. Во-первых, он изучает те состояния, в которых некоторые их них входили как следствие духовной деятельности, приводит мнение отвергающих правильность такой практики и их доказательства. После этого, Ибн Таймия приводит мнение дозволяющих эти состояния, и их доказательства. Он пишет, что это мнение большинства ученых и соглашается с этим мнением. После чего он досконально анализирует доказательства, причины и опровергает аргументы оппонентов.

 

В описании состояний суфиев, Ибн Таймия пишет: «Рассказывают, что духовные служители, отличающиеся усердным поклонением в Басре достигали различных степеней веры. Как, например, рассказы о том, что кто-то их них терял сознание или даже умирал, слушая аяты Корана. Подобно истории Зурара ибн Оуфи, судьи Басры. Когда он прочитал на утреннюю молитву некоторые аяты, упал замертво. Или история Абу Джахира слепого, которому Салих аль-Мари читал Коран, и он упал замертво. И многие другие истории, которые рассказывают суфии из того, аналогов чего мы не найдем во времена сподвижников Пророка Мухаммада, мир ему.

 

Некоторые отвергают такую практику, например, Асма бинт Аби Бакр, Абдуллах ибн Зубейр, Мухаммад ибн Сирин. Они считали это искусственно создаваемым состоянием или деланностью. Из тех, кто не порицал такой практики и принимал её как приемлемую, Ибн Таймия вспоминает Ахмада ибн Ханбала.  Конечно, сдержанное, уравновешенное душевное состояние лучше и совершеннее для верующего, как оно было у сподвижников Пророка.

 

Ахмада ибн Ханбала спросили о том, что Яхья ибн Саид Коттан упал без сознания, когда ему читали Коран. Он сказал: Если бы кто и мог выдержать и не упасть без сознания, то это сделал бы Яхья ибн Саид, ведь я не знаю более разумного и мудрого человека.

Также приводится, что имама аш-Шафиия также постигало такое состояние, и Али ибн Фудейл ибн Ияд известна его история. Вообще, есть много примеров ученых и праведных людей, в чьей разумности и честности нет сомнений, и которых постигало такое состояние. Но состояния, через которые походили сподвижники Пророка, мир ему, упомянуты и описаны в Коране. Например, «О те, которые уверовали! Повинуйтесь Аллаху и Его Посланнику и не отворачивайтесь от него, пока вы слышите», (Трофеи 20), «Это – те, кого облагодетельствовал Аллах, из числа пророков, которые были потомками Адама и тех, кого Мы спасли вместе с Нухом (Ноем), и потомками Ибрахима (Авраама) и Исраила (Израиля), и из числа тех, кого Мы наставили на прямой путь и избрали. Когда им читали аяты Милостивого, они падали ниц и рыдали», (Марьям 58)».

 

Ибн Таймия пишет: «Если богобоязненный верующий слаб сердцем, и не может выдерживать чувства и эмоции, которые приходят в его сердце, и умирает или теряет сознание, если это происходит по слабости его сердца и силе чувств, что постигает его, то нет на нем греха. Как известно, такое происходит с некоторыми людьми даже по причине мирских страхов или радостей, когда слабые сердцем люди, по большой радости или печали теряли рассудок или даже умирали. Если, это состояние не было деланностью, то нет в этом греха или сомнения, при условии, что дело, приводящее к такому состоянию, соответствует нормам шариата, а состояние достигнуто через веру без выбора человека».

 

Далее он отмечает: «Но были и есть такие люди, кто не потерял сознания, не умер, не утратил рассудок, но вера его была такой же, или даже совершеннее и сильнее. Такие люди лучше первых, так как ближе примеру самого пророка Мухаммад и его сподвижников. Например, когда посланник Аллаха, мир ему был вознесен на небо и Аллах показал ему то, что пожелал (Ад и Рай и другие величайшие знамения), его состояние не изменилось, и он остался при себе, не потеряв сознания, самообладания и спокойствия. Его состояние лучше того, что случилось с пророком Мусой, мир ему, который пал без сознания, когда Господь взорвал гору, но состояние Мусы высокое и прекрасное».

 

Положение суфиев с очки зрения Ибн Таймия

 

Шейх, да смилостивится над ним Аллах, говорит: «Тасаввуф у них, как известно, имеет особенности, положения и истины. Они, суфии, дали ему определение, разъясняли его пути, методы, практику и нравственное учение.

 

Некоторые сказали, что суфий тот, кто «очистился от грязи, наполнился мыслью, и уравнялись у него золото и камень». Или у некоторых: «тасаввуф это сокрытие смыслов и отказ от требований» и тому подобных, различных многозначных определений. В конце, они стремятся к достижению степени «сыддык», подводя понятие истинного суфия к понятию «сыддыка» (праведника). Праведник это высшей степени после пророков, мир им, о чем говорится в аяте «Те, которые повинуются Аллаху и Посланнику, окажутся вместе с пророками, правдивыми мужами, павшими мучениками и праведниками, которых облагодетельствовал Аллах», (Женщины 69).

 

Поэтому, после пророков, они считают лучшим творением – истинного суфия. На самом деле, суфий в этом смысле – «сыддык» (праведник), лишь одна из многих категорий «сыддыка». Это категория праведников, которые отличились усердием в аскетизме, воздержанности, поклонении и обрядах духовного совершенствования в рамках пути, к которому привел их иджтихад. Получается, что этот суфий – праведник (сыддык) на этом пути – аскетизма и поклонения так же, как есть праведники из ученых, праведники из правителей. Это более конкретная степень праведника относительно абсолютного праведника, который объединил все степени праведности, и степень меньшая, чем полная праведность, которой отличались сподвижники, табиин и табиа-табиин».

 

Также он пишет: «И если говорить о тех праведниках Басры, что они «сыддыки», то и ученые фикихи Куфы также «сыддыки» в том, в чем они отличились – знании религии, её законов и учения. И не одна из степеней не выше другой. Выше та степень, в которой человек объединяет две стороны. И те, и те шли по дороге послушания и покорности Аллаху, которую они выбрали своим суждением и пониманием (иджтихадом). И кто-то из них может быть самым лучшим из праведников относительного его времени, но лучшие «сыддыки» были в первом поколении»[46].

 

 

Разногласия людей по поводу суфизма:

 

Ибн Таймия открыл вопрос направлений суфизма и разногласий людей в этом. Он говорил: «Люди разошлись во мнении о суфизме. Одни критиковали суфиев и суфизм, и сказали, что это нововведение, а они заблудшие, что отошли от сунны. Другие сказали, что они лучшие из творений, и лучшие из верующих после пророков. Оба мнения не верны».

 

После этого Ибн Таймия определил свое мнение: «Правильное мнение – они, суфии усердно и искренне служат Аллаху и стремятся к Его довольству тем способом, который по их суждению (иджтихаду) является наиболее верным, так же, как и другие служат и поклоняются Аллаху другими способами, которые они избрали своим суждением и поиском. Среди них, суфиев, есть праведные и достигшие довольства Аллаха, и он будет из людей «правой стороны», из них есть те, кто ошибался в своих суждения, но получит одну награду за поиск и старание, из них есть те, кто совершает грехи и раскаиваются, или не раскаиваются. Но кроме этих всех, есть группа, которая примкнула к суфизму, из заблудших последователей нововведений, ереси и врагов Ислама.  Знатоки и исследователи из суфиев сами отреклись от таких групп, и отвергли их принадлежность суфизму. Среди тех, кого суфийские шейхи тарикатов отвергли, были Халладж».

 

Далее, Ибн Таймия писал: «Нужно знать, что суфии бывают трех видов. Суфии по сути, суфии по обязанностям, суфии по внешней форме.

 

Первые это те, кого я назвал «сыддыками».

Вторые это суфии по уделу, это те, за которыми закреплены «вакфы», источники доходов, все или часть доходов, от которых определялись хозяином на вечное пользование суфийским организациям. Суфии по форме, это те, кто причисляет себя к суфиям только по внешней форме, одежде, соблюдением внешних правил и формальностей, определенных слов и ритуалов. Они подобны тем, кто надевают одежду людей знания или джихада, говорит их слова и старается вести себя подобно им, но не является по сути таковым. Они не из суфиев».

 

В «Маталибу улин-нуха» Ибн Таймия писал: «Чтобы бы достойным суфием, у них должно быть три условия, первое, они должны исполнять шариатские обязанности и остерегаться запретов, второе, соблюдать суфийскую культуру и этику, что и есть шариатская этика и третье, вести воздержанный образ жизни, не занимаясь собирательством денег и богатств, не нарушая исламскую мораль и нравственность. Иначе, они уже не суфии и не относятся к суфиям». Сокращенно[47].

 

И мы найдем, что Ибн Таймия, свидетельствовал относительно первых великих ученых, которые своим иджтихадом, теоретически и практически основали путь тасаввуфа. Он ясно разделяет между суннитским тасаввуфом и искаженным суфизмом, который смешался с ложью и заблуждениями.

 

В «аль-Истикъама» он пишет: «Подтверждено и достоверно передается, что дела и слова самых больших шейхов тасаввуфа соответствует пути праведных предшественников (сподвижников и табиин). И это то, что должно было быть упомянуто, потому что, достоверно и правдиво переданное от больших шейхов, таких как Фудейл ибн Ияд, Абу Сулейман ад-Дарани, Юсуф ибн аль-Асбат, Хузейфа аль-Мараши, Мааруф аль-Керхи, Сехль ат-Тустари, и таких как они, раскрывает истину их учения».

 

Далее, Ибн Таймия отмечает: «Сборник учений и высказываний людей тасаввуфа, составленный Абу Бакр Мухаммад ибн Исхак аль-Калябази, «Тааруфи лимазахиби тасаввуф», лучше и чем-то, что составил Абу Къасим аль-Кушейри. То, что в этой книге, правильней и ближе к пути праведных предшественников уммы, её имамов и больших ученых. Также, переданное и собранное в трудах Муаммара ибн Зияда Асфахани, шейха суфиев, и Абу Абдурахмана ибн Хасана Сильмия, лучше и дальше от нововведений и страстей, чем приведенное Абу Къасимом…»[48].

 

Также, Ибн Таймия спросили: «В чем мудрость того, что идущие на пути размышления и поминания постигают вдохновения, открытия и совершение чудес и других подобных состояний, и это не смотря на то, что некоторые из них обладают малыми знаниями, и этого не постигают те, кто занят изучений и науками?

И человек, который проведет ночь в поклонении и поминании, увидит чудо или ему откроется то, что не будет дано человеку, который всю ночь проведет в изучении и повторении одного из разделов фикха.

И многие из занятых поклонением и поминанием, испытывают духовную сладость и наслаждение, которого не испытает читающий и изучающий Коран, хотя в сунне подтверждается превосходство ученого над поклоняющимся?

 

Ответ: Хвала Аллаху Господу миров. Нет сомнений, что человек, которому дана вера и знания лучшее, чем человек, которому дана лишь вера…

Люди ошибаются в понимании в этих вопросах, потому что они понимают названия вещей, которые пришли в Коране и сунне, но не знают истинной сути этих вещей. И, например, один человек знает наизусть буквы наук, и самыми великими буквами являются буквы Корана, но лишен понимания этих букв, более того, лишен той степени веры, которые бы отличали его от того, кто получил Коран и ничего не выучил из его букв… Тот, кто обладает верой и знанием – верующий ученый, и он лучше верующего, лишенного знаний…

 

Также, другой принцип в этом вопросе говорит о том, что не любое дело, которое приводит к духовному открытию или свершению чуда, лучше, чем дело, которое не приводит к открытию или свершению чуда.

Если это духовное открытие или свершение чуда не помогает в религии Аллаха, тогда это лишь наслаждение этой жизни, и подобное может произойти с неверующими из многобожников или людей писаний, и не быть дано верующим, хотя последние обитатели рай, а первые обитатели огня. И степень дел, и их превосходства одно над другим, не определяется подобными признаками, но определяется указанием в Коране или сунне…

 

Также, многие идущие по этому пути, читая Коран, не понимают его, и они не постигли сладости веры, которую увеличило бы чтение Корана. Но когда обращаются к поминанию и поклонению, это увеличивает их веру, что приносит им сладость и наслаждение, поэтому поминание для таких людей полезней, чем чтение Корана, которое они не понимают, и у них нет той веры, которую бы увеличило чтение Коран. Но, если человек обладает достаточной верой, чтение Корана увеличит его веру больше, чем обычное поминание»[49].

 

Ибн Абдульхади упоминает в «аль-Укъуд ад-дуррия», что Ибн Таймия был суфием, который отличался усердием в очищении сердца, поклонении и постижении различных состояний и открытий[50].

 

Это уравновешенное мнение Ибн Таймия, далекое от категоричности и радикализма как приверженцев суфизма, так и его противников. Но имам Шатибий опередил его в разделении суфиев на эти категории, как мы читали ранее. Что же касается мнений невежественных людей, то на них не обращают внимания, ведь их слова построены на невежестве. Также не смотрится на заблудших последователей сект, созданных для искажения Ислама, они «зиндики», не имеющие к суфизму отношения.

 

Конечно, можно написать и об ученике Ибн Таймии, Ибн Кайме аль-Джазия. Но будет достаточно упомянуть прекрасную книгу, «Степени идущих», переведенною на многие языки, в которой он разъяснял путь тасаввуфа в рамках его мнений и понимания.

Также, если обратится к книгам таких известных ученых, мы найдем, что в биографиях известных людей ислама, они давали похвальные отзывы, отмечая, что те были из суфиев. Для этого можно обратиться к их книгам, таким как Тариху Димашк (Ибн Асакир), Тариху Багдад (Хатиб Багдади), Сияру иаляму нубаля и Тазкиратуль хуффаз (Захаби), Аль-Бидая уаль-нихая (Ибн Касир), Зейл аля табакатиль ханабиля (Ибн Раджаб), Дураруль камина (Ибн Хаджр), Аль-Камиль (Ибн Асир), Шазарату захаб (Ибн Имад).

 

Вспомним, что современные проповедники «салафитского» течения, также рассматривали тасаввуф и суфиев. Приведу некоторые примеры. Шейх Мухаммад ибн Абдульфаххаб писал: «Всевышний Аллах послал пророка Мухаммада с наставлением в полезных знаниях, и истинной религией в праведных делах. И те, кто относятся к этой религии, занимался науками шариата и знанием законов, назывались фукаха. А те, кто занимался поклонением и стремлением к Будущей жизни, тех называли суфии. И Аллах послал Своего пророка с этой религией, которая объединила в себе две стороны»[51]. Также, в книге «Позиция имамов салафизма относительно тасаввуфа» он писал: «Шейхи суфиев, познавших истину, наставляли к следованию за знанием»[52].

 

Также, в «Фетвах шейха Мухаммада ибн Ибрагима Али Шейх», муфтия Королевства Саудовская Аравия, он писал: «Суфии делятся на две группы: суннитские суфии и суфии, последователи нововведений. И среди умеренных из них, может быть немного нововведений. У других нововведений может быть больше…».

 

Его спросили относительно кружков поминания у суфиев, он ответил: «Их поминание в основе соответствует шариату, но туда были внесены некоторые определения количества и формы, которых нет в сунне, и это стало одним из видов нововведений»[53].

 

Это мнение шейха современного салафитского направления. Следует отметить, относительно определения количества поминания, которое не передается в хадисах, или определения времени и формы поминания, которыми известны суфии, некоторые из этих случаев относятся к спорным видам нововведений. Такие примеры нововведений называются «аль-бида аль-идафия», т.е. новшество, добавленное к утвержденному шариатом. Этот вид новшеств относится к спорным среди ученых фихка, и большинство из них считает, что если оно не противоречит нормам шариата, этот вид новшеств не запрещается.

Более подробно, разбирать этот вопрос здесь я не буду, потому что посвятил ему отдельную работу, с которой можно ознакомиться. Аллах лучше знает.

 

Эти примеры говорят о том, что не крайне ошибочно утверждать, будто тасаввуф вообще это путь нововведений, искажений и заблуждений, и суфии — это секта заблудших. И подобные предрассудки, подтверждаются лишь теми, кто ложно претендует на тасаввуф, но далек от его пути и знаний. В то же самое время, другие невежественные люди из претендующих на звание истинных последователей праведных предшественников, распространяют предрассудки и домыслы против тасаввуфа в целом и суфиев вообще. Однако, сами далеки от пути первых праведников, как своим знанием, так и своими делами, и словами. Да сохранит нас Аллах и наставит к истине!

 

 

Имамаш- Шаарани о тасаввуфе

 

Тауфикъ аль-Ваий пишет: Мнение шейха аш-Шаарани относительно «скрытых знаний». В своей книге «Дураруль мансура фи баяни зубдиль улюмиль машхура» отрицает правильность такого названия этих знаний. Также, он подтвердил свое мнение в своей книге «Явакъиту уаль джавахир». Он не отрицает эти знания, но считает ошибочным название таких знаний – тайные, скрытые.  Имам аш-Шаарани пишет: Истинные знания тасаввуфа, были сформулированы суфийскими учеными в их книгах и посланиях. Эти знания являются результатом строго следования Корану и сунне (как понимания, так и практики). И любой, кто также будет полноценно и правильно соблюдать Коран и сунну, кто будет практиковать то, что знает из Корана и сунны, познает знания этих ученых, будет говорить то, что говорили они, и все что они сказали, окажется лишь частью того, что он познает. Это потому, что когда раб поднимается в своей степени у Аллаха, его слова сложнее понять остальным людям, которые ниже его в этой степени. Так, один сказал своему учителю: я не могу понять слова этого моего брата. Учитель ответил ему: это потому, что у него одна рубаха, а у тебя две, и он выше тебя в степени.

Поэтому, ученые фикха называют эти знания, о которых говорят суфии, скрытыми знаниями. Но эти знания, есть не что иное, как понимание ниспосланного в Коране и сунне – скрытыми знаниями. Все остальные знания, что доступны всем, они называют внешними знаниями. Все это из знаний Аллаха, но внешние знаниями это то, что Аллах открыл всем, без различий в степени близости к Нему.

 

Кроме этого, имам аш-Шаарани приводит от шейха Мухьюддина следующие пояснения: «Если мы согласимся, что «аулия» обладают скрытыми знаниями, какова норма шариат в этом вопросе, если им откроется то, что противоречит ниспосланному посланникам Аллаха? Ответ здесь такой: это отвергается. Если «уалий» постигает в своем вдохновении то, что противоречит ниспосланному посланникам, он обязан от этого отказаться, и следовать тому, что принесли посланники Аллаха. Если такое случилось, значить случилась ошибка в его вдохновении…

 

Шейх Мухьюддин ибн Араби написал в этом вопросе книгу, в которой опровергал мнение о том, что вдохновение принимается без ограничений, и в этой книге он ясно указывает, что вдохновение принимается при условии, если не вступает в противоречие с явными смыслами Корана и сунны, и прямыми текстами шариата».

 

Имам аш-Шаарани приводит в своей книге слова шейха Мухьюддина: «Знай, что когда мы говорим про вдохновение (ильхам) мы ни в коем случае, не подразумеваем то, что ангелы приносят эти знания, так как приходили ангелы к пророкам. Аллах посылал ангелов с откровением и своими законами, в которых приказы и запреты, это прекратилось с последним посланником, мир ему, и шариат завершен, и законы уже установлены. И не может быть богобоязненного человека после пророка, который будет самостоятельно получать новые приказы или запреты, предписанные ему».

 

Далее, аш-Шаарани, приводит слова шейха Заррука в его книге «Къаваиду тасаввуф»: «Правило двадцать пятое: Знания можно изучить и познать только от самого Законодателя или от того, кто передает от Него то, что ему дано. Посланник Аллаха, мир ему, сказал: «Знания приходят изучением, и терпение приходит при усердии в терпении. Кто ищет благо, будет вознагражден им, кто остерегается зла, будет защищен от него»[54].

Богобоязненность приносит рабу понимание основы, ниспосланной в откровении, открывает сердце для восприятия истин ниспосланного, расширяет ум. Это знание состоит из нескольких категорий. Часть знаний мы понимаем с прямого текста, это то, что принес языковой смысл слов, другое пришло через намеки, которые не понимает разум, не смотря на то, что истины вокруг указывают на эти смыслы, и они открыты для того, кто их наблюдает. Просим Аллаха помощи во всем».

 

В правиле двадцать шестом он пишет: «Нормы фикха (знание норм шариата) общие для всех людей, потому что цель норм фикха утвердить религию и ориентир, которому следуют люди в своей жизни. Что касается норм тасаввуфа, то они особенные для последователей этого пути, потому что это входит в отношения между рабом и Его Господом, и не может вменяться другим людям.   Отсюда, факих может порицать суфия, если тот нарушает нормы фикха, но суфий не может порицать факиха, если тот нарушает нормы тасаввуфа. Отсюда, правильно будет в случае противоречия между нормой фикха и нормой тасаввуфа, оставить тасаввуф и следовать фикху. Правильно будет следовать фикху и ограничится им без тасаввуфа, и неправильно будет следовать тасаввуфу без фикха. Тасаввуф не будет законным без соответствия фикху, и невозможно отойти от нормы фикха и последовать норме тасаввуфа, если это не будет соответствовать фикху. Это все так, даже если нормы тасаввуфа выше норм фикха в духовной степени, они больше охватили пользы и лучше гарантируют безопасность вере людей. Поэтому говорят: «Будь факихом суфием, но не будь суфием факихом».

 

Здесь подразумевается, что ученый фикха, практикующий религию, соблюдающий её предписания, воспитывающий свою душу, знающий свои пороки и слабости, принимающий меры предосторожности со своими страстями, лучше и совершеннее, чем ученый тасаввуфа, который также практикует религию, следует богобоязненности и искренности, знает слабости своей души и следит за порывами страстей, но он не обладает знаниями фикха, законов и норм шариата. Поэтому, первый превосходит второго. Он собрал два знаниями, знания фикха и знания тасаввуфа и практику духовного воспитания». Слова шейха Заррука.

 

Примечание

 

Мне кажется, слова автора нуждаются в некоторых пояснениях. Во-первых, он хочет сказать, что фикх, как знания норм, утвержденных в шариате, ниспосланном Пророку, мир ему, является главным. В тасаввуфе, последователи этого пути, во взаимоотношениях с Аллахом, могут установить для себя дополнительные нормы, например, усердие в желательных делах, воздержание себя от некоторых мирских благ или наслаждений и т.д. В таких случаях, фикх остается главным критерием. Если суфий в своих нормах на пути приближения к Аллаху, на пути очищения души, которые он постиг через вдохновение или личный опыт, нарушает нормы фикха, он должен подчиниться нормам фикха.

 

Во-вторых, когда он говорит «даже если нормы тасаввуфа выше норм фикха в духовной степени, они больше охватили пользы и лучше гарантируют безопасность вере людей». Здесь идет речь о том, что, например, если фикх говорит: рекааты эти, зикр этот, саадака или пост эти – желательны, то суфий следует этим делам так, будто они обязательны для него и даже делает больше установленного. Или, если фикх определяет некоторые вещи как нежелательные, то суфий отказывается от них строго и постоянно, будто они запрещены. Или, если факихи расходятся во мнениях, относительно запрета иди дозволения в чем-то, суфий следует мнению, в котором больше предосторожности для души, и дальше от сомнений. Если факихи расходятся во мнениях относительно образа действия обряда, суфий стремится делать так, чтобы гарантировать правильность обряда. Может суфий, уделяет больше внимания внутренней стороне обряда, и не отвлекается на все тонкости фикха, особенно если они спорные. Тасаввуф это, прежде всего духовное самосовершенствование, очищение намерения и победа над душой. Это путь усердия в благих делах и суровая борьба со своими страстями. К сожалению, сегодня, некоторые мусульмане, причисляют себя к суфиям, но у них нет ничего кроме внешней атрибутики и нескольких заученных терминов тасаввуфа. Аллах лучше знает.

 

аш-Шаарани пишет: «В правиле шестьдесят первом, шейх Заррук пишет: Каждое знания берется от ученых этой науки. Поэтому нельзя опираться на суфия в вопросах фикха, если неизвестно, что он действительно силен в этой науке. Также, не берутся знания тасаввуфа у факиха, если неизвестно, что он тасаввуф, также относительно мухаддиса. Мухаддиса не спрашивают о фикхе или тасаввуфе, если он не собрал эти науки. Мурид (начинающий на пути тасаввуфа) должен изучать фикх у факихов, к последователям тариката он обращается в вопросах, касающихся очищения внутреннего состояния, поэтому, шейх Абу Мухаммад Марджани приказывал своих учеников и соратников, обращаться с вопросами фикха к ученым фикха, несмотря на то, что он сам обладал этими знаниями».

 

В правиле семьдесят седьмом он пишет: «Основа, каждая основа всех знаний этого мира и знаний религии, берется из Корана и сунны. Все что похвально, все что порицаемо, образ исполнений обязанностей, все это берется из Корана и сунны. Затем, люди в этом делятся на три группы:

Первые это буквалисты, которые взялись за внешнюю форму, и игнорируют смысл и внутренний дух текста. Это «захириты», которым мы не придаем значения. Вторые, изучают сам смысл, собирают истины и знания, толкуют текст, когда он этого требует, дополняют смысл, когда это необходимо. Это ученые фикха, познавшие смысл и выводящие нормы, и законы. Третьи изучают смысл, следуют тексту, раскрывают и познают намеки и значения внешней стороны текста и внутреннего наполнения смысла. Это суфии, имамы, изучавшие глубины текстов, смыслов и знаков, следовавших и тексту, и смыслу, и знаку. Но к ним не относятся «батиниты», заблудшие, толкующие все тексты как намеки и метафоры, отошедшие от ясного и прямого текста, и противоречащие смыслу, который пришел в тексте. Они вышли из религии, и отошли от уммы».

 

В правиле девяносто четвертом автор пишет: «Создание ограничения в том, что не ограничено шариатом, является новшеством в религии, особенно, если это противоречит шариатскому доказательству. Например – держать пост днем, как возмещение за пропущенные дополнительные ночные молитвы, ведь в шариате нет такого возмещения за такие дела… или, например, чтение суры Фатиха перед молитвой. Эти и подобные действия, не установленные текстом или хотя бы намеком в тексте шариата, являются новшеством. В отличие от утвержденных действий, как дополнительные молитвы до и после обязательных молитв, зикры после молитв или чтение Корана, дополнительный пост и т.п».

Конец выдержек из книги шейха аш-Шаарани, да смилостивится над ним Аллах.

 

Здесь не будет лишним, привести некоторые высказывания авторитетных шейхов, основоположников тасаввуфа:

 

Имам Абдулькадир аль-Джейляни, да смилостивится над ним Аллах, сказал: Все праведники, любимые Аллахом (аулия) делают только то, что соответствует наиболее явному смыслу слов Аллаха и Его посланника.

Шейх Джунейд ибн Мухаммад, да смилостивится над ним Аллах, сказал: Все дороги закрыты, кроме того пути, который идет по следам Посланника, мир ему и благословение.

Шейх ас-Саррий ас-Сакатий, да смилостивится над ним Аллах, сказал: Если кто-то заявит, что обладает знаниями скрытого, которые противоречат явным нормам шариата – тот в заблуждении.

Ибн Хаджр приводит, что имам аль-Газали сказал: Если ты увидишь человека, который заявляет, что он близок к Аллаху и Аллах снял с него обязанность совершать молитву, или дозволил ему пить вино, то знай, что его следует казнить как вероотступника.

Это некоторые высказывания известный ученых тасаввуфа, которые свидетельствуют, что истинный тасаввуф должен соответствовать шариатским доказательствам, что истинный суфий только тот, кто строго следует Корану и сунне. Этими высказываниями мы ограничимся, но можно было приводить ещё десятки для того, чтобы у читателя не осталось сомнений.

 

 

Хасан аль-Бенна о тасаввуфе

 

Если мы обратимся к современным исламским мыслителям, то найдем, что Хасан аль-Бенна поднимал тему тасаввуфа и раскрывал её проблемные вопросы. Эти мысли близки к нашим реалиям, реалиям современной исламской уммы. В «Послании к молодежи» он пишет: Ошибается тот, кто думает, что мы группа дервишей, которые ограничили себя узким кругом обрядом, как молитва и пост, зикр и молитва. Первые мусульмане не знали таких ограничений и не понимали Ислам так. Но они уверовали в Ислам как доктрину и поклонение, как родину и гражданство, нравственность и материальная сторона жизни, культура и закон, великодушие и силу. Они уверовали в Ислам как в систему, которая утверждает себя во всех сторонах жизни, упорядочивает и эту жизнь, и жизнь будущую. Они поняли, что Ислам и практическая и духовная система, и религия и государство, Писание и меч. Они брали эту религию целиком, взвешенно и постепенно, не нарушая границ и меры, которую она установила. Пророк, мир ему сказал: «Эта религия крепка, входите в неё постепенно и мягко. Тот, кто пытался заставить животное идти быстрее, чем оно способно, не достигнет места назначения, и своего животного не сохранит»[55]. Ислам приказывает служить будущей жизни без вреда для жизни ближней. Коран говорит: «Скажи: «Кто запретил украшения Аллаха, которые Он даровал Своим рабам, и прекрасный удел?». Скажи: «В мирской жизни они предназначены для тех, кто уверовал, а в День воскресения они будут предназначены исключительно для них»», (Преграды 32)»[56].

 

 

В книге «Записки призыва и призывающего» он же пишет: Наверное, будет полезным записать в этих записках некоторые мысли в отношении суфизма и тарикатов в истории исламского призыва.

Сюда относится и история начала суфизма, его развития и влияния. А также о том, какую пользу суфийский призыв принес Исламу и мусульманским народам. Я не пишу здесь научный труд, и поэтому не уделяю большого внимания термину и его определению. Но это всего лишь некоторые мысли, которые я хочу записать. Они посещали меня когда-то, и которые двигали моими чувствами. Если в них есть правда, то это от Аллаха и Ему хвала, а если ошибка, то я хотел блага и Аллаху принадлежит решение всего: Когда исламское государство расширило свою территорию в первом веке, когда завоевания мусульман умножились, и богатства со всего мира собрались у мусульман, когда плоды с разных концов земли привезены были им, а халифа мусульман говорил облаку: где бы ты не упали твои капли, на западе или востоке, мне принесут налог этого урожая. Конечно же, эти богатства и благополучие, роскошь и сладость жизни умножились среди мусульман, некоторые пользовались этим умеренно и сдержанно, некоторые расточительно и ненасытно, и это привело, что является природным для человека, к серьезным социальным и общественным изменениям. Когда век суровой, «спартанской» жизни и аскетизма времен Пророка и его сподвижников прошел, на его место пришел век роскоши, достатка, изнеженности и процветания, тогда некоторые из праведных и богобоязненных ученых, имевших влияние и авторитет, стали призывать к аскетизму и отказу от излишеств этой жизни, ради благ будущей жизни. Они напомнили людям, что наслаждения этой жизни бренны и временны, а награды Аллаха после смерти вечны и неизмеримы.

 

Всевышний Аллах сказал: «Жизнь в этом мире – лишь забава и игра. И, воистину, будущий мир и есть вечная жизнь, но они об этом не ведают», (Паук 64). Один из первых, кто призывал к возрождению сурового, аскетского образа жизни, был ученый, проповедник и наставник Хасан аль-Басри, за ним последовали уже многие известные праведники второго и третьего века. Так, сформировалась категория учителей, наставников и воспитателей, которые выделялись среди остальных ученых ислама акцентом на духовное воспитание и призыв к отказу от излишнего наслаждения этой жизни ради благ будущей жизни. Призыв этих искренних и мудрых людей основывался на воспитании души и борьбе с внутренними пороками и страстями, которая является величайшим джихадом. Эти люди отличались строгостью в соблюдении законов Аллаха и следовании всем предписаниям пророка Мухаммада, мир ему. С этими истинами произошло тоже, что произошло с другими истинами Ислама. Они приняли форму науки, которая приводит в порядок поведение человека, указывает ему путь личной жизни, эта которого: поминание и поклонение, познание Аллаха, а завершение — это постижение довольства Аллаха и вхождение в Рай.

 

Эта часть наук тасаввуфа, которую можно назвать науками воспитания и направления поведения, конечно, полностью относятся к Исламу, и нет сомнений, что суфии в этих науках достигли знаний и опыта, которыми они превзошли всех остальных.  Предложив практический план и программу выполнения приказов Аллаха и ухода от Его запретов, искренности в стремлении к Нему, и может, в чем было уклон к некоторым крайностям, но очень часто под влиянием времени формирования тасаввуфа, ухода от благ жизни, обета молчания, безбрачия, отказа от сна и отшельничества и т.п. Но даже некоторые крайности ранних суфиев имеет основу в религии, что может быть основанием для этой части программы тасаввуфа. Например, молчание взято из запрета на пустословие и бесполезные разговоры, голод из добровольного поста, ночные бдения из ночной молитвы, отшельничество из запрета наносить вред людям и предписания размышлять, созерцать. Если бы этот метод остановился на этом, было бы все хорошо. Но призыв суфизма вышел за границы науки о поведении и воспитания, обратившись к наследию греческой логики, древних философий, религий христиан и иудеев. Все это смешалось. В поздние века многие шейхи суфиев в отличие от ранних учителей, уже не обладали необходимыми знаниями в исламских науках, что привело в серьезных искажениям в учении поздних суфиев. Так, имея огромный авторитет и «лимит» доверия суфизма среди масс простых мусульман, некоторые полуграмотные, но возможно искренние люди, используя звания шейхов того или иного тариката, стали учить заблуждениям и новшествам, противоречащим элементарным законам Ислама. Но искренность намерения не оправдает невежду, который следует своим заблуждениям и ведет за собой других.

 

Была открыта дверь, под названием «тайных» и «скрытых» знаний для «избранных», и в суфизм проникли лжецы и шарлатаны, невежды и безбожники, сумасшедшие и не здравомыслящие. Так, среди суфиев возникли массы «зындыков», которые нанесли Исламу и мусульманам огромный вред, не говоря уже о разрушении истинного тасаввуфа. С тех времен, все что говорят или пишут суфии, нуждается в осторожном и доскональном разборе, чтобы отделить сокровища духовного опыта ранних суфиев от фальшивок поздних проходимцев. Вспомним, что Абу Саид аль-Харрас сказал: «Каждое тайное знание (батын), которое противоречит явному (захир), ложно».

 

Довольно скоро, суфии организовались в группы, именуемые тарикаты, которые отличались друг от друга программой практического воспитания и поклонения. Конечно, были и некоторые идейные различия, которые иногда принимали формы политического движения, военного братства или, духовно-филосовской относительно закрытой общины. Так, сегодня мы находим уже части того, что осталось от долгой истории тасаввуфа. Шейхи, муриды и массы, где-то уважающие, где-то просто отдающие дань традициям суфизма.

 

Нет сомнений, что суфии были одним из важнейших факторов распространения Ислама в мире. История показывает, что именно суфии наиболее активно и успешно доносили ислам до самых отдаленных мест Африки и Азии, куда не ступала нога армии или дипломатов халифата. Проповедники Ислама, воспитанные в традициях и кружках тасаввуфа проходили холодные и дикие степи, жаркие и безводные пустыни, переплывали опасные моря и преодолевали высокие горы. Они оказали глубокое влияние среди тех, кто принимал ислам с «их рук». Но, к сожалению, многое было испорчено той смесью новшеств и искажений, о которых уже говорилось.

 

Имам Хасан аль-Бенна также добавил: «Обязанностью реформаторов и активистов сегодня, является размышление над тем, как можно исправить эти группы мусульман. Исправить их легко, и они прекрасно готовы к тому, что воспринять реформы и исправления. Даже может быть, они наиболее близки к возрождению нашей религии, её призыва, чем другие люди. Важно здесь направить их в правильную сторону, мудро и постепенно, и для этого ничего не нужно, кроме выделения для этой задачи искренних и хорошо образованных, активных и терпеливых ученых. Они могут изучить все наследие тасаввуфа, отделить полезное от вредного, и взять на себя ответственность за наставление последователей этих групп к истине».

 

Далее имам аль-Бенна пишет: «Я вспоминаю, как господин Тауфик Бакрий, да смилостивится над ним Аллах размышлял над этим, и разработал для этого теоретическую и практическую программы, которую предложил шейхам различных тарикатов. Он на самом деле написал для них книгу в этой теме. Но проект не был завершен, и после него никто не уделил этому проекту особого внимания.  Также вспоминаю, как шейх Абдулла Афифий, да смилостивится над ним Аллах, заботился этим вопросом, и много об этом говорил с шейхами Азхара и богословами, но это было скорее теоретические рассуждения, без практической работы. Но если бы Аллаха пожелал, и научная сила Азхара объединилась с духовной силой тарикатов и организационной и материальной силой исламских организаций, эта умма не имела себе равных. Она бы направляла, а не была бы направляема, управляла, а не была бы управляема, влияла бы, а не оказывалась бы под влиянием. Она бы смогла наставить на правильный путь это заблудшее общество».

 

Определяя, что такое тасаввуф пишет: «Тасаввуф означает аскетизм в ближней жизни и стремление в будущей жизни, это усердия в покорности Аллаху Всевышнему. Или же, тасаввуф означает очищение души от человеческих пороков, пока она не станет чистой подобно зеркалу, в котором отражаются истины близости с Аллахом и тайны связи с ним. Или же, тасаввуф может означать «исчезновение» для познавшего Аллаха всего кроме Аллаха, когда он ничего не видит, как самосуществующего кроме Аллаха. Или же тасаввуф у некоторых может означать следование Посланнику во всех его словах, делах и состояниях. Но тасаввуф может означать и все эти смыслы в определенной связи между собой. И именно последнее и подразумевают шейхи суфийских тарикатов, которые изучили тасаввуф и отделили суфийскую истину от внесенных искажений, да будет доволен ими Аллах. То, как они определяли тасаввуф, подтверждает этот вывод»[57].

 

Имам Джунейд ибн Мухаммад сказал: Тасаввуф это когда Истина (Аллах) прекращает твою жизнь тобой, и возвращает тебя к жизни Им.  Или: это быть с Аллахом без связи. Абу Бакр Шибли сказал: суфий это тот, кто порвал связь с сотворенным, и связан только с Истиной (Аллахом). Некоторые шейхи говорили: это когда имеешь все достойные нравы и избавлен всех низких нравов. Или: это благородные нравы, которые проявились в благородное время у благородных людей. Сахл ибн Абдуллах сказал: Суфий тот, кто очистился от всего мутного, обратился к Аллаху и отвернулся от людей, сравнялось у него золото и глина.

 

Шейх Ахмад ибн Аджиба, да будет доволен им Аллах, сказал: Люди – три категории. Ученый, поклоняющийся, познавший. Каждый из них что-то взял из наследия пророка Мухаммада, мир ему и благословение. Ученый выучил слова пророчества, изучив и обучая других с условием, что он искренен в этом, иначе он не будет наследников пророчества вообще. Поклоняющийся – кто выполняет дела Пророка, мир ему в молитве, посте и усердии в поклонении.  Познавший взял и знания, и дела и добавил к ним внутреннюю нравственность Пророка, мир ему, такую как аскетизм, бдительность в сомнительном, страх и надежда, терпения и великодушие, любовь и познание…

Термин тасаввуф может также использоваться в значении ощущений, чувств, духовного наслаждения, которые приходят в результате духовных открытий и проникновений. Но, это особое состояние человека, о котором нельзя говорить, писать и указывать на него, или использовать как источник нормы шариата, доказательства для принятия решения. Это состояние и ощущения невозможно сформулировать словами и язык не обладает возможностью полноценно и точно указать на смысл этих ощущений и чувств.

 

Автор «Манзуматуль мабахис аль-аслия» писал: «Это те знаний, которые постигаются только личным духовным опытом через достижение ощущений, но невозможно где-либо прочитать в книге, или услышать на уроке. Это называется «Наука проникновения». Это положение может быть у отдельного человека, и он не может открывать другим свое состояние. Если же откроет, то в случае соответствия нормам шариата, он спасен. Но если он откроет что-то, что противоречит шариату, будет наказан соответствующим образом».

 

Это определение чисто «философского суфизма», который во многом отошел от умеренного, ясного и уравновешенного учения Ислама. Результаты этого «философского суфизма» во многом противоречат учению Исламу. Это обусловлено тем, что мнения, результаты и идеи этого вида суфизма, родились под влиянием чужеродных идей, других религий, например, иудаизма, христианства, или под влиянием философских школ Греции, Персии, Индии. Результаты «созерцания и размышления» этого вида суфизма постигались своими создателями в состоянии эйфории или медитации, далеко ушедших за рамки божественного откровения. Создатели этих идей, в большинстве своем, не обладали знаниями Корана, сунны и шариата, и не могли отличить истину ото лжи, наущения шайтана от постижения мудрости, дарованной Всевышним Аллахом. Великие суфии и ранние основатели тасаввуфа не говорили ничего подобного, и однозначно отвергали эти результаты, некоторые из которых известны как «единство сущего» или «растворение в Боге», бездействие как форма упования, презрение к человеку как таковому и т.п. Все это произошло, когда исламская цивилизация была в материальном расцвете, и науки переводились со всех языков, тогда многое «чужое» смешалось с исламскими науками, что привели к появлению «философского суфизма». В свою очередь, «философский суфизм» привел некоторых к радикальным результатам, противоречащим доктринам ислама. Крайности такого «суфизма» выводили человека из Ислама, а он при этом думал, что достиг особой высшей степени, которую просто не понять большинству мусульман, не постигших, как они говорили «скрытых знаний»[58].

 

Этот вид «суфизма» нанес Исламу и мусульманам огромный вред, когда враги Ислама и лицемеры под вывеской суфизма и особого знаний – «скрытого знания», пытались разрушить Ислам, его учение и законы, ниспосланные в откровении. Действительно, некоторые формы «суфизма» были губительны для исламской цивилизации, как с практической, так и теоретической точки зрения.

 

Они ввели в заблуждения многие поколения мусульман в разных народах и странах. Распространяли искажения в понимании религиозных принципов, например, принцип упования на Аллаха и смиренности к судьбе. Также способствовали распространению среди простых мусульман различных суеверий в религиозной оболочке, нововведений, у которых нет оснований.

Что касается нововведений, «тавассуля», присяги шейху, «рабита», и других вопросов, которые пересекаются с темой тасаввуфа, я им посвятил отдельные статьи.

 

В политической сфере, эти псевдо-суфии способствовали ослаблению исламского мира и падению его в лапы колониалистов. Они помогали, намеренно или по невежеству, укреплению власти колониальных марионеток-монархий, тиранов и военных диктатур.

 

Что нам следует делать? Следует следовать первому значению тасаввуфа, и тогда откроется тайна второго смысла тасаввуфа, и остерегайся третьего смысла, который противоречит Исламу. Всегда молись Всевышнему Аллаху, чтобы Он открыл тебе истину, и не полагайся только на собственное мнение.

 

 

 

Ошибки и крайности некоторых людей, причисляющих себя к тасаввуфу

 

 

Отход от истинного смысла тасаввуфа

 

Люди говорят: суфий, сын тариката, валий, дервиш, (персидское слово, которое означает тоже, что и мурид), мурид (желающий следовать пути, познать) о каждом, кто был известен аскетизмом в быту или грязной и истрепанной одеждой, не очищал тело, или о каждом, кто показывал отсутствие интереса к этой жизни, или не выполнял религиозные предписания и совершал запрещенное, объясняя это тайными знаниями, или тем, что он молится в Каабе, или прочитал в тайной скрижали на небе, что ему предначертано совершить этот грех, и выполняет воли Аллаха, или он достиг степени общения с Аллахом, когда он уже не нуждается в выполнении законов шариата, или что для него Аллаха меняет сущности вещей, как вино, которое для него превращается в воду и т.д. В некоторых мусульманских народах, определенные категории невежественных мусульман из общества, почитают и слушают этих шарлатанов и лжецов, некоторые из которых могут даже, в силу своего слабоумия верить, что они действительно таковы.

 

Некоторые доказывают это тем, что человек в состоянии опьянения не несет ответственности перед законом, а их духовное проникновение привело их в состояние опьянения. Как мы уже писали, суннитский тасаввуф чист от этих вещей и не имеет к ним никакого отношения. Никто не является суфием, если строжайшим образом не следует Корану и сунне, этим двум маякам истинного пути. Человек не может быть уалием – приближенным к Аллаху, если не будет идти по пути освещенным знанием шариата и чистотой намерений.

 

Мухаммад ибн Аджиба Мазидий передал в толковании к «аль-Мабахис аль-аслия», что Абу Талиб Меккий сказал: «Я знаю, что в это наше время называют науками различные лживые выдумки, тщеславие, самодовольные притязания. Но это не наши знания и науки».  В другом месте автор приводит слова Махьюддина ибн Араби Хатеми, который сказал: «Последователей этого пути постигла пассивность, нет, более того, они отошли от пути учителей, которые вели правильной дорогой. Пришла молодежь, за которой идти нельзя. Утеряна набожность, простота жизни, усилились алчность и желания, сердца покинуло почтение и святость шариата, и наполнились беспечностью и беззаботностью, они отказались отличать харам от халяла, пали низко прекратив уважать, отбросив стыдливость и скромность, обленились в выполнении поклонения, пренебрежительно относясь к посту и молитве, побежали все на перегонки в глупости и безделий, побежали в преследовании страстей».

 

Абу Мадин сказал: «Знай, что этот путь практически отсутствует у тех, кто себя относит к нему». Посмотри на высказывания всех этих представителей тасаввуфа, которые исследовали путь, пришли к таким выводам. И это только малое количество из многого, чтобы ты знал, как люди взяли имена и названия, и утеряли смысл, взяли оболочку, но не имеют содержания. Если ты, читатель, хочешь понять суть тасаввуфа, оставь слова и оболочку, названия и внешние атрибуты, и стремись понять смысл и начинку понятий, суть и дух.

 

Разделение между шариатом и истиной?

 

Одна из крайностей и заблуждений, которое существует среди суфиев, это разделение между шариатом и хакъикъа (истина). В интерпретации некоторых суфиев, шариат и истина противоположны, и ведут к различным позициям. Некоторые из них сказали: Если смотреть на людей с точки зрения шариата, ты возненавидишь их, а если посмотреть на них с точки зрения хакъикъа, ты простишь их, найдешь оправдание. Конечно, они могут разъяснять смыслы подобных выражений, и писать книги по этому вопросу. Но, для человека, принявшего Коран и сунну, как источник шариата и истины, такие слова не могут быть приемлемыми, в любом их значении.

Всевышний Аллах ниспослал все людям шариат, и Его посланник, разъяснил шариат нам. Это и есть единственный верный путь, и единственная истинная точка зрения, и если для человека, существует причина для прощения или оправдания, шариат не упустит её. Всевышний Аллах в Коране, или Посланник Аллаха, мир ему, или его сподвижники, разделяли, где-то эти две точки зрения?

 

Точно также, из заблуждений некоторых поздних суфиев, заявления о духовных состояниях сердца (азуакъ – мауаджит), которые якобы открывают им знание сути и истины, скрытое от остальных, и на основании этих «открытий сердца», они одобряли или осуждали дела, не обращая внимания на доказательства шариата.

 

Некоторые из этих невежд, даже порицали ученых хадисов, которые передают хадисы по цепочке рассказчиков, превознося себя над ними. Они говорили: «Вы говорите, что вам передает тот, а он передает от этого. Мне же передает мое сердце от моего Господа». Некоторые сказали: «Вы берете свои знания от мертвого, который получил их от мертвого, мы же получаем свои знания от Живого (Аллаха), который не умирает». Это опасные крайности относительно вдохновения, озарений или сновидений.

 

Известно, что некоторые, из причисляющих себя к суфиям, считают, что вдохновение, внушенные мысли, ясновидение и сновидения некоторых рабов Аллаха, которые отличились искренностью, усердие, воздержание и поклонением, являются доказательствами законов шариата, или основанием для суждений. Известно, что на основании этого ложного метода, некоторые из них отвергали хадис, даже если мухаддисы подтверждали достоверность этого хадиса. И наоборот, могли утверждать достоверность очень слабых, и даже ложных хадисов. Нет сомнений, что ранние основатели тасаввуфа отрекались от подобных заблуждений и тех, кто им следует.

 

Мы знаем, что правдивая вера, правильное поклонение и усердие приводит человека к свету и сладости, которые Всевышний Аллах дает сердцу того из своих рабов, которому пожелает. Всевышний Аллах сказал в Коране: «Разве тот, чью грудь Он раскрыл для ислама, который озарен светом от Господа своего, равен тому, чье сердце запечатано?», (Толпы 22).

 

Бухари и Муслим приводят от Анаса высказывание: «Сладость веры ощутит тот, кто обладает тремя качествами: кто любит Аллаха и Его посланника больше, чем всё остальное, кто любит человека только ради Аллаха и кто не желает возвращаться к неверию так же, как не желает быть брошенным в огонь»[59].

Муслим приводит от Аббаса: «Почувствует вкус веры тот, кто доволен Аллахом как Господом, исламом как религией и Мухаммадом как посланником».

 

Нет сомнений, что богобоязненность и искренность в поклонении, усердие в праведных делах, страх перед Аллахом и любовь к Нему, будет вознаграждено Всевышним Аллахом щедро, в том числе и чудесными проявлениями Его милости.

 

Сообщается от Абу Хурайры (да будет доволен им Аллах), что посланник Аллаха (мир ему и благословение) сказал: «Поистине, Аллах сказал: “Я объявлю войну враждующему с тем, кому я покровительствую (уалий). Любимейшим из всего, что бы ни делал раб Мой в стремлении приблизиться ко Мне, является то, что Я вменил ему в обязанность. Далее, Мой раб будет стараться приблизиться ко Мне, совершая добровольные дела, пока Я не возлюблю его. А когда Я возлюблю его, Я буду слухом, которым он слышит, и зрением, которым он видит, и рукой, которой он хватает, и ногой, которой он ступает. Если он попросит Меня, Я непременно одарю его. А если он прибегнет к Моему покровительству, Я непременно укрою его. Ничто из совершаемого Мною не заставляет Меня колебаться в такой мере, как (необходимость забирать) душу верующего, не желающего смерти, ибо Я не желаю причинения ему зла»[60].

 

Но следует отметить, что вдохновение, озарения, ясновидение и сновидения даже самого богобоязненного человека не являются доказательством законов шариата, и они не принимаются во внимание. Отсюда, суннитские ученые прошлого и настоящего единогласны в том, что Всевышний Аллах избирает из своих рабов тех, которые своим усердием, поклонением, и чистосердечным поклонением заслужили Его любовь и различные дары. Этих людей называют «аулия», и таким людям может быть дано чудо, называемое «керама». Дар знания и мудрость, проницательности и понимания одна из форм «керама». Но аулия, не получают откровений, сокровенные знания, новые законы, или суждения, которые невозможно проверить точными критериями, критиковать или взвешивать измеряемыми понятиями.

 

Если же во вдохновении или во сне пришло то, что противоречат нормам шариата и текстам ислама, это пришло от шайтана, даже если это вдохновение или сон самого богобоязненного человека. Это позиция ученых ахлю-сунна всех мазхабов, ученых «ахлю-хадиса» и ученых тасаввуфа. Даже шейх Мухаммад ибн Абдульваххаб, в своей книге Таухид,[61] относительно этому вопросу писал практически то же, что и ученые тасаввуфа.

 

Также, среди заблуждений этого метода – использование вдохновения, ясновидения и сновидения в толковании Корана. В одном из хадисов, который якобы приводится от пророка Мухаммада, мир ему, говорится, что у Корана есть «внешний и скрытый смысл». И этот смысл могут познать только «особые» люди. Эти скрытые смыслы имеют степени, и для каждой степени смыслов Корана есть группы особых людей, а во главе каждой такой группы стоит один особенный человек, вокруг которого и вертятся эти скрытые знания. Его называют «кутб». Смысл всего этого заявления в том, что проверить правильность подобного толкования с помощью четких критериев и научных доказательств невозможно. А значить это дверь лжи на религию Аллаха и огромная возможность любых манипуляций с толкованиями слов Аллаха.

Последователи этих учений должны просто слепо довериться толкованию «кутба», даже если это толкование противоречит правилам арабского языка, единогласному пониманию ученых уммы, достоверным хадисам. Таким образом, создаются заблудшие секты, которые состоят из слепых последователей, не способных, и возможно не желающих проверят то, что им внушают «лидеры». Нет сомнений, что истинный суннитский тасаввуф и великие суфии ранних поколений, отрекается от подобных измышлений.

 

Коран и сунна – источники каждого мусульманина в познании ислама. Коран понимается только в соответствие правил арабского языка, без добавлений или упущений в его смыслах. И толкование Корана начинается с толкования в самом Коране, затем в достоверной сунне, затем единогласном толковании сподвижников или ученых после.

 

Существует один из видов тафсира, который считают суфийским. Ученые называют его тафсиром «биль-ишара», т.е. толкование на основании знаком и намеков. Но этот тафсир, принимается учеными ислама, только при условии соблюдения нескольких правил. Основанное правило, это отсутствие противоречия ясным и однозначным смыслам Корана и сунны, соответствие правилам арабского языка, отсутствие противоречий с утвержденными аксиомами и принципами шариата.

 

Что касается понимания сунны, то в этом следует обращаться к авторитетным и доверенным знатокам хадисов. Точно также, токование хадисов, должно быть основано на правилах, грамматике, науке и логике, а не ощущениях и озарениях, которые посещают человека в моменты особого духовного состояния.

 

 

Крайность превозношения шейхов и аулия

 

 

Всевышний Аллах сказал в Коране: «О те, которые уверовали! Не опережайте Аллаха и Его Посланника и бойтесь Аллаха, ибо Аллах – Слышащий, Знающий. О те, которые уверовали! Не поднимайте ваши голоса над голосом Пророка и не обращайтесь к нему так же громко, как вы обращаетесь друг к другу, а не то ваши деяния окажутся тщетными, и вы даже не почувствуете этого. Воистину, сердца тех, которые при Посланнике Аллаха понижают свои голоса, Аллах очистил (или раскрыл) для богобоязненности. Им уготованы прощение и великая награда. Воистину, большинство из тех, которые зовут тебя из-за пределов комнат, не разумеют. Если бы они потерпели, пока ты выйдешь к ним, это было бы лучше для них. Аллах – Прощающий, Милосердный», (Комнаты 1-5).

 

Также: «Воистину, Аллах и Его ангелы благословляют Пророка. О те, которые уверовали! Благословляйте его и приветствуйте миром», (Сонмы 56).

 

Всевышний Аллах сказал в Коране: «Мухаммад является всего лишь Посланником. До него тоже были посланники. Неужели, если он умрет или будет убит, вы обратитесь вспять? Кто обратится вспять, тот ничуть не навредит Аллаху. Аллах же вознаградит благодарных», (Семейство Имран 144).

 

Посланник Аллаха, мир ему, сказал: «Ученые – наследники пророков». Также пророк, мир ему, сказал: «Не из нас тот, кто не проявляет милосердия к младшим и не признаёт прав старших!».

 

Ангел Джибраил показал нам пример уважения и почтительного отношения к учителю или ученому, к пророку Мухаммаду, мир ему, когда пришел к нему спросить об имане, исламе и ихсане.

 

Также, много уроков мы найдем в истории пророка Мусы и Хидра, мир им. Это часть исламской культуры. Однако существуют крайности в практике некоторых «суфиев», которые можно назвать культом шейха. Эта крайность проявляется по-разному, в том числе как чрезмерное превозношение шейха до степени высшей инстанции, бесспорного обладателя истины, до степени, которая может превзойти даже степень пророков. Это опасное заблуждение, которое привело ко многим разрушительным последствиям. Нет сомнений, что любовь к праведникам, к «аулия», уважение к ним, хвала в их адрес за благие дела, которыми они стали известны – все это поклонение Аллаху и приближение к Нему. Ислам предписывает проявлять уважение и любовь к праведным ученым, которые отличаются верой и поклонением, нравственностью и участием в общих делах уммы, призывом к Аллаху и борьбой на Его пути.

 

Мы убеждены, и это вера ислама, что эти люди, да будет доволен ими Аллах, не владеют способностью принести пользу или вред даже себя, как при жизни, так и после смерти, не говоря уже о том, чтобы принести пользу или вред другим. Они не безгрешны, и совершают грехи. Они несут ответственность за свои дела, как и все люди, их вера уменьшается и увеличивается, в чем они невежественным, и совершают ошибки, забывают, и не избавлены наущений шайтана.

Чрезмерное превозношение до степени святых и безгрешных, которые знают сокровенное и творят чудеса, когда им это захочется, все это ложь и заблуждение.

 

 

Крайность самоунижения перед шейхом

 

Лучшим примером отношения к учителю и наставнику может быть в сподвижниках пророка, мир им всем. То, каким образом сподвижники относились к посланнику Аллаха, мир ему, и как он учил их относится к нему, есть наилучшая форма отношения к своей шейху и наставнику. Всевышний Аллах сказал: «Скажи: “Если вы любите Аллаха, то следуйте за мной, и тогда Аллах возлюбит вас и простит вам ваши грехи, ведь Аллах – Прощающий, Милосердный”», (Семейство Имран 31).

 

Всевышний Аллах сказал: «Скажи: “Если ваши отцы, ваши сыновья, ваши братья, ваши супруги, ваши семьи, приобретенное вами имущество, торговля, застоя в которой вы опасаетесь, и жилища, которые вы облюбовали, милее вам, чем Аллах, Его Посланник и борьба на Его пути, то ждите, пока Аллах не придет со Своим велением. Аллах не наставляет на прямой путь нечестивых людей”», (Покаяние 24).

 

Всевышний Аллах сказал: «По милости Аллаха ты был мягок по отношению к ним. Если бы ты был грубым и жестокосердным, то они непременно покинули бы тебя. Извини же их, попроси для них прощения и советуйся с ними о делах. Когда же ты примешь решение, то уповай на Аллаха, ведь Аллах любит уповающих», (Семейство Имран 159).

 

Также, одной из крайностей отношения к шейху, это крайности самоунижение учеников перед его наставником. Эти крайности не имеют оснований в сунне и противоречат пути пророка, мир ему с его сподвижниками. Некоторые из них говорили: «Мурид со своим шейхом, должен быть как умерший с тем, кто омывает его тело». С воспитательной стороны, этот принцип имеет множество разрушительных последствий для воспитанника, и принесло много морального ущерба мусульманам.

 

В них воспитывалось униженность, слепой покорности, самопрезрение, неуверенность в себе, комплексы неполноценности, пассивность. Эти крайности в методах воспитания убили необходимую дерзость, решительность, смелость, инициативу, собственное мнение и критичность мышления.

Воспитанные в этом духе ученики, слепо доверились невежеству некоторых шейхов, последовали их ошибкам и заблуждениям, страстям и искажениям. Этот метод, воспитал поколения покорных рабов, которые молчали и не оказывали сопротивления злу, угнетению и тирании, захватчикам. Они не боролись с испорченность в обществе, не призывали к благим делам, не запрещали порицаемое, оставили дела уммы, и её проблемы. Нет сомнений, что это заблуждение, которые противоречит Корану и сунне. Некоторые невежды из них сказали: «Оставь людей и займись собой», или «Оставь царю то, что принадлежит ему, оставь творения их творцу». Тысячи «муридов» сидели перед шейхами, ничего не делали, слушая наставления, поминая Аллаха, ожидая открытие мудрости и полного очищения от страстей, и так до самой дряхлой старости. А в это время, зло и безбожие, нравственные пороки, шайтаны людей и джинов, захватывали мир, души и умы людей. Но разве этому учит Коран и сунна пророка, мир ему?!

 

В Коране сказано: «Пусть среди вас будет община, которая призывает к добру, повелевает одобряемое и запрещает предосудительное. Они и есть преуспевшие», (Семейство Имрана 104).

 

В сборнике Бухари приводится рассказ Нуамана ибн Башира о том, что посланник, мир ему и благословение Аллаха, сказал: «Пекущиеся о нерушимости границ Аллаха и преступающие эти границы подобны людям, тянувшим жребий по стрелам, чтобы занять места на корабле. Одни разместились в верхней части [корабля], а другие — в нижней, и когда оказавшиеся внизу хотели зачерпнуть воды, они проходили через разместившихся на палубе и [в конце концов] сказали: “А не проделать ли нам дыру [в днище], чтобы набирать воду через неё, не беспокоя тех, кто находится наверху?” Если [разместившиеся наверху] предоставят их самим себе и позволят им сделать то, что они хотят сделать, то погибнут все, если же они схватят их за руки, то спасутся сами и спасут всех».

 

Дареми приводит от Ибн Аббаса: «Племя бану Сад ибн Бакр отправило Димама Ибн Саляба к Посланнику Аллаха, мир ему, в качестве своего представителя. Он приехал в Медину, опустил верблюда на колени у дверей мечети, затем привязал его и вошел в мечеть. В это время Пророк, мир ему, сидел в мечети со своими сподвижниками. Димам, крепкий и волосатый, с двумя косами из волос, подошел к собранию и остановился перед Посланником Аллаха, мир ему, в кругу сподвижников. Затем сказал: – Кто из вас будет сыном Абдульматталиба? – Я сын Абдульматталиба, – ответил Посланник Аллаха, мир ему. Мухаммад? – Да, – ответил Посланник Аллаха. Тогда он сказал: О, сын Абдульматталиба, сейчас я буду спрашивать тебя и вопросы эти будут грубые, поэтому ты не гневайся. Посланник Аллаха, мир ему, ответил ему: – Не буду гневаться, спрашивай, что хочешь. – Я заклинаю тебя Аллахом, твоим богом и богом тех, кто до и после тебя. Аллах ли тебя отправил к нам в качестве Посланника? – Аллах свидетель, да. – Я заклинаю тебя Аллахом, твоим богом и богом тех, кто до и после тебя. Аллах ли тебе повелевал приказать нам, чтоб поклонялись мы только Ему, не придавая сотоварищей Ему, и отвергли всех идолов, которым поклонялись наши отцы? – Аллах свидетель, да, – ответил Пророк, мир ему. – Я заклинаю тебя Аллахом, твоим богом и богом тех, кто до и после тебя. Аллах ли тебе приказал то, чтобы мы выстаивали пять намазов? – Аллах свидетель, да, – ответил Пророк, мир ему. Затем он начал спрашивать обязательства Ислама поочередно: закят, хадж и все Исламские законы. При упоминании каждой обязанности он заклинал его в вышеприведенной форме, пока не высказал все и затем сказал: Свидетельствую, что нет бога кроме Аллаха, и Мухаммад Его раб и посланник. Я выполню эти обязательства и воздержусь от твоих запретов, ничем не убавляя и не уменьшая. Затем отправился назад к своему верблюду. Посланник Аллаха, мир ему, сказал: – Если этот человек с двумя косами будет правдив в своих словах, он войдет в Рай. Подойдя к своему верблюду, он развязал веревку и поехал к своему народу. Народ собрался к нему и первыми словами, которые он произнес, были: – Насколько же скверны лат и узза! Они сказали ему: – Перестань Димам. Побойся проказы, лепры и сумасшествия!! Он ответил им: – Горе вам. Клянусь Аллахом, они не причинят вреда и не принесут пользу. Аллах отправил Посланника и ниспослал ему писание, которое спасет вас от того положения, в котором вы живете. Я свидетельствую, что нет божества кроме Единого Аллаха, у которого нет сотоварищей, и что Мухаммад Его раб и Посланник. Я принес вам от него то, что повелевал он вам и что запретил. Не успел наступить вечер, в тот же день все женщины и мужчины племени приняли Ислам». Повествуется, что Ибн Аббас сказал: «Мы не видели лучше делегата, чем Димам ибн Саляба». Это показательная история для каждого мусульманина.

 

 

Обязателен ли наставник для духовного воспитания

 

Что касается вопроса, обязан ли последователь тасаввуфа, который стремится встать на правильный путь, иметь «шейха пути» или он может самостоятельно познать правильный путь из Корана и сунны?

 

Для ответа на этот вопрос, мне хочется привести здесь слова имама нашего времени, Абдульфаттаха Абу Гудды, написанные в комментариях к книге Хариса аль-Мухасаби.

Он пишет: «Эти слова Хариса аль-Мухасаби указывают на то, что поиск правильного пути к Аллаху, исправление души и её очищение не требует обязательно иметь шейха и присяги следовать за ним. Но здесь обязательно следовать знаниям и делам, соответствующим этим знаниям, что приказано Аллахом. Все это есть в книге Аллаха, сунне Пророка и пути праведных предшественников.

И любой человек, который ищет правильный путь в Коране, сунне Пророка и пути праведных халифов и предшественников, соблюдая научный метод и принципы, идет по правильному пути, обратившись к Аллаху дорогой истины. Это потому, что Коран и сунна сами по себе наставляют к всевышнему Аллаху, и сами по себе очищают душу лучшим очищением. На это указывает множество аятов и хадисов, которые выше привел Харис аль-Мухасаби.

 

Из аятов можно привести некоторые: «Воистину, этот Коран указывает на самый правильный путь и возвещает верующим, которые совершают праведные деяния, благую весть о том, что им уготована великая награда», (Ночное перенесение 9), также «Если бы Мы ниспослали этот Коран горе, то ты увидел бы, как она смиренно раскалывается от страха перед Аллахом», (Собрание 21) и «Он – Тот, Кто отправил к неграмотным людям Посланника из их среды. Он читает им Его аяты, очищает их», (Пятницы 2).

Очищение людей, с которым был послан пророк Мухаммад, продолжается навсегда: его слова, его дела, его молчаливое согласие, мир ему и благословение, сами по себе учат, наставляют, очищают раньше и навсегда, и так будет продолжаться, и хвала Аллаху. Из священных хадисов посланник Аллаха, мир ему, те, которые привел автор. «Вы должны следовать моей сунне и сунне праведных халифов после меня. Держитесь за это зубами» и сказал: «Я оставил вам две вещи, если вы будите держаться их, никогда не заблудитесь: книгу Аллаха и мою сунну». И его слова «Кто желает отдалиться от моей сунны, тот не от меня»».

Конечно, кто-то может сказать, что только изучением Корана и хадисов невозможно излечить свои душевные пороки и болезни сердца, потому что даже сподвижники Пророка, мир ему не лечили себя одним лишь чтением Корана. На это, шейх Абдульфаттах отвечает: Это измышление, которое практически отменяет слова Корана и сунны и лишает их пользы, пусть Аллах нас от такого заблуждения избавит.

 

Известный имам фикха и основ фикха, теоретик фикха и знаток хадисов, Абу Исхак Шатибий из Гренады, написал однажды известному суфийскому шейху Андалузии, Абу Абдуллаху Мухаммаду ибн Аббад Нефрий, имаму и проповеднику мечети города Фас: «Некоторые люди говорят, что тот, кто идет к Аллаху, не может обойтись без шейха, наставника по воспитанию, за которым он бы следовал?».

На это Ибн Аббад ответил: «Как приводится в книге «Расаиль сугъра», с 106 по 120 страницы, шейх на пути к Аллаху бывает двух видов. Это наставник в получении знаний и воспитании или наставник только в получении знаний. Наставник в воспитании не является обязательным, чтобы идти на правильном пути к Аллаху. Такой наставник обязателен для того, кто слаб умом и духом, кто не может понимать и различать свои душевные болезни и не справляется со своей душой. Но для того человека, который обладает сильным умом, и является разумным и способным руководить своей душой, наставник не обязателен».

Далее он пишет: «Обязательность наставника в духовном воспитании было принято поздними из суфиев. Но ранние суфии ограничивались наставников в изучении знаний и наук. Это отмечал ещё Харис аль-Мухасаби и Абу Талиб Мекки и другие. Они не упоминают шейха по воспитанию души вообще, как это делают поздние авторы, хотя разъясняли подробно основы и детали, начальные и завершающие составляющие суфийского пути. Особенно Абу Талиб, который все подробно разъяснял, и тоже не говорил, что наставник по воспитанию обязателен. Это доказывает, что наставник не обязателен на этом пути.

Этому пути следовало большинство ранних суфиев, они были близки с первыми поколением праведных предшественников, и не передается, чтобы они брали себе наставников в воспитании сердца и следовали им, как это делают ученики со своими наставниками по воспитанию сегодня. Но они брали знания и изучали науки. Воспитание, исправления своих нравственных качеств, очищение души они делали посредством общения, дружбы и братства между собой. И так, они, по средствам дружеского общения, посещений друг друга, обмена мнениями и опытом находили огромную пользу для воспитания, которая отражалась внутренне и внешне. Поэтому они разъезжали по странам, в стремлении встречать праведников, ученых и усердных в поклонении.

Что касается книг тасаввуфа, они, как правило, требуют обращения к наставнику в получении знаний, потому что пользу можно получить от этих книг, только если быть уверенным, что автор этих книг является знающим, обладающий наукой и пониманием, и за ним можно следовать. Это убеждение читатель может получить от наставника, знаниям которого он доверяет, или другим способом, которому он доверяет.

Если он получает из этих книг то, что ясно и понятно и соответствует явному смыслу шариата, он может изучать их самостоятельно. Если же этого нет, то читатель нуждается в наставники по наукам и знаниям, который бы ему разъяснил что в этих книгах».

 

Здесь мы видим, как имам Абу Исхак аш-Шатибий приводит ответ современного ему, известного суфийского шейха Андалузии, это десятый век хиджры, который разъясняет, что присяга определенному наставнику по воспитанию и следование за ним во всех его делах и его пути не является обязательным для того, кто идет к Аллаху. Но наставник в получении знаний необходим, потому что знания и науки требуют этого. Ведь одно только изучение Корана и сунны, само по себе уже могут исправлять качества человека, воспитывать его нравственность и очищать его сердце от болезней.[62]

 

Таким образом, мы можем утверждать, что ранние основатели тасаввуфа считали, что учитель по наукам, который передает знания и помогает в постижении наук Корана и сунны обязателен для человека, что касается наставника на пути духовного очищения, он может быть обязателен для человека, который не отличается достаточной силой ума и морального самоконтроля.

 

 

Аль-Керамат – чудесные дела

 

Имам Тахавий разъяснял этот вопрос: «Мы не возвышаем никого из аулия ни над одним из пророков, мир им. И утверждаем, что один пророк лучше всех аулия…. И мы верим, что переданные достоверными рассказчиками случаи совершения аулия различных чудес есть истина».[63]

Нет сомнений, что у Всевышнего Аллаха есть «аулия», любимые рабы. Они упомянуты в суре Юнус, где говорится: «Они уверовали и были богобоязненны», (Юнус 63). Чудеса – «керама», дары и милость Аллаха, мы подтверждаем, но только в соответствие с шариатскими условиями, которые указаны в аятах Корана.

 

Шаукани писал: «Практически все ученые ахлю-сунна, создавшие книги по основам веры, утверждали единодушно истинность чудес, как у пророков, так и у аулия. Немало примеров чудес в истории верующих упоминались в книгах «Хильятуль аулия» Абу Наима, «Рисаля» аль-Кушайри, «Сафватуль сафва» Ибн Джаузи, «Раудуль райяхин» Рафиийя…

 

Факты свершения чудес передаются не только в истории пророков, но и праведников. Например, известные чудеса Зуль-Карнейна, Марьям – матери Иса, юношей в Пещере, Асифа…

 

Также, это чудеса трех человек, которые были закрыты камнем в пещере, чудеса монаха Джурейджа, новорожденного из людей огненного рва, который говорил со своей матерью, чудеса хозяина корова, которая заговорила, чудеса Хабиба ибн Адийя, Усейда ибн Худейра и Уббада ибн Бишр.

 

В хадисе пришло: «В этой умме есть те, кому приходят сообщения, из них – Омар ибн Хаттаб». Также, Саад ибн Аби Ваккас был тем, на чью мольбу Всевышний отвечал»[64].

 

Имам Сафарани сказал, что чудеса аулия могут как превращением посоха в змею, так и рождение ребенка без отца. Но, не может быть совершено кем-либо чуда, которым отличался посланник Аллаха, мир ему, например, чудо слова Корана.

Некоторые сказали, что чудеса аулия могут быть лишь ответом на их мольбу, но имам Навави отрицал это мнение и назвал его ошибочным[65].

 

Ибн Таймия писал по этому поводу: Аулия это богобоязненные верующие, и нет здесь разницы, называется один из них бедняком, другой суфием, третий ученым фикха, торговцем, солдатом, правителем или иначе. Всевышний Аллах сказал «Воистину, угодники Аллаха не познают страха и не будут опечалены», (Юнус 62).[66]

Любимые рабы Аллаха (аулия) это все богобоязненные верующие из последователей пророка Мухаммада, мир ему, они выполняют то, что он им приказал, прекращают все, что он им запретил. Они следуют всему, на что он указал им. Их поддерживают ангелы Аллаха и дух от Него. Аллах дает этим людям из своего света, и оказывает им свое поддержку чудесами, которые Он дает своим богобоязненным аулия. Эти чудеса были даны им для доказательства истинности веры или в помощь мусульманам при необходимости.

 

Далее, Ибн Таймия привел множество примеров чудес Пророка, мир ему, сподвижников и других праведных предшественников.[67] Мухаммад ибн Абдульваххаб вторил Ибн Таймия: «Я подтверждаю, что аулия совершают чудеса (керамат) и также с ними происходят открытия истин и знаний, но они не владеют ничем, из того чем владеет Аллах, и нельзя просить у них то, что подвластно только лишь Аллаху Всевышнему».[68]

 

Имам Ахмад в книге «аз-Зухд» привел доказательства чудес аулия, и множество примеров этих чудес. Таджуддин Субки также привел множество доказательств и примеров «керамат», и нет необходимости все это перечислять здесь. Но, следует отметить, что эти чудеса, используются лжецами и аферистами из числа причисляющих себя к тасаввуфу, для манипуляции массами невежественных мусульман. Это отвратительное явления имеет большое распространение в некоторых мусульманских народах.

«Керама» должно быть подтвержденным фактом, и может быть милостью Аллаха только для богобоязненного человека. Само по себе чудо, не говорит о благочестии человека, и вспомним Ибн Сайяда или Даджала, и других нечестивцев, которые совершали необычные вещи. В этом было и будет испытание для верующих.

 

В наше время, лжецы и аферисты из числа причисляющих себя к тасаввуфу, заявляют, что их «шейхи» совершают чудеса сотнями, чуть ли не ежедневно и по своему желанию. Это все ложные сплетни и вымыслы, которым нельзя доверять. Вспомним десятерых сподвижников пророка, мир им и довольство Аллаха, которым при жизни узнали, что они из обитателей райских садов. Они истинные аулия, и от них передают совершение чудес разве что раз или два в жизни. Что же мы наблюдаем в поздние века, так это сотни «аулия», один из них якобы совершил больше чудес, чем все сподвижники пророка. Как правило, это лишь слухи, распространённые доверчивыми людьми, которые не несут мусульманам никакой пользы.

 

 

Относительно зухда – аскетизма и отшельничества.

 

Всевышний Аллах сказал в Коране: «Веление Аллаха придет, и не пытайтесь это ускорить. Славен Он и превыше того, что они приобщают в сотоварищи! Он ниспосылает ангелов с духом (откровением) по Своему велению тому из Своих рабов, кому пожелает: “Предостерегайте тем, что нет божества, кроме Меня. Бойтесь же Меня”. Он сотворил небеса и землю во истине. Он превыше тех, кого они приобщают в сотоварищи! Он сотворил человека из капли, и после этого тот открыто пререкается. Он также сотворил скот, который приносит вам тепло и пользу. Вы также употребляете его в пищу. Они украшают вас, когда вы пригоняете их обратно вечерами и выводите на пастбище по утрам. Они перевозят ваши грузы в края, достичь которых вы могли бы только ценой больших усилий. Воистину, Господь ваш – Сострадательный, Милосердный. Он сотворил коней, мулов и ослов, чтобы вы ездили на них верхом и для украшения. Он творит также то, о чем вы не ведаете. Аллах указывает на прямой путь, но есть дороги, которые уводят в сторону. Если бы Аллах пожелал, то Он вас всех наставил бы на прямой путь. Он – Тот, Кто ниспосылает с неба воду. Она служит для вас питьем, и благодаря ей произрастают растения, среди которых вы пасете скот. Он взращивает для вас злаки, маслины, финики, виноград и всевозможные плоды. Воистину, в этом – знамение для людей размышляющих. Он покорил вам ночь и день, солнце и луну. Звезды также покорны по Его воле. Воистину, в этом – знамения для людей разумеющих. Он сотворил для вас на земле разнообразие цветов. Воистину, в этом – знамение для людей поминающих. Он – Тот, Кто подчинил море, чтобы вы вкушали из него свежее мясо и добывали в нем украшения, которые вы носите. Ты видишь корабли, которые бороздят его для того, чтобы вы могли снискать Его милость, – быть может, вы будете благодарны. Он поместил на земле незыблемые горы, дабы она не колебалась вместе с вами, а также реки и дороги, дабы вы могли идти верным путем. Он создал приметы. А по звездам они находят правильную дорогу. Разве Тот, Кто творит, подобен тому, кто не творит? Неужели вы не помяните назидание? Если вы станете считать милости Аллаха, то не пересчитаете их! Воистину, Аллах – Прощающий, Милосердный», (Пчелы 1-18).

 

Всевышний Аллах сказал: «Скажи: “Кто запретил украшения Аллаха, которые Он даровал Своим рабам, и прекрасный удел?” Скажи: “В мирской жизни они предназначены для тех, кто уверовал, а в День воскресения они будут предназначены исключительно для них”. Так Мы разъясняем знамения людям, знающим», (Преграды 32).

 

Всевышний Аллах сказал: «Воистину, твой Господь знает, что ты и часть тех, кто с тобой, простаиваете менее двух третей ночи, или половину ее, или треть ее. Аллах определяет меру дня и ночи. Он знает, что вам не сосчитать этого, и принимает ваши покаяния. Читайте же из Корана то, что необременительно для вас. Он знает, что среди вас будут больные, что одни странствуют по земле в поисках милости Аллаха, а другие сражаются на пути Аллаха. Читайте же из него то, что необременительно для вас, совершайте намаз, раздавайте закят и одолжите Аллаху прекрасный заем. Какое бы добро вы ни приготовили для себя заранее, вы найдете его у Аллаха в виде лучшего и большего вознаграждения. Просите же у Аллаха прощения, ведь Аллах – Прощающий, Милосердный», (Закутавшийся 20).

 

Также Всевышний сказал: «Мужи, которых ни торговля, ни продажа не отвлекают от поминания Аллаха, совершения намаза и выплаты закята. Они боятся дня, когда перевернутся сердца и взоры», (Свет 37).

 

Нет сомнений, что некоторые суфии впали в крайности относительно вопросов аскетизма, отказа от мирских благ и поиска милостей Аллаха. И здесь, вспомним лишь некоторые наставления, которые установили ориентиры умеренного пути шариата.

 

Байхаки приводит, что посланник Аллаха, мир ему, и благословение, сказал: «Воистину, когда Аллах одаряет Своего раба благами, то любит видеть на нем признаки Своей милости». Также, Тирмизи и Хаким приводят от Ибн Амра, что пророк, мир ему, сказал: «Поистине, Аллах любит видеть признаки Своей милости на рабах».

 

Насаи передал со слов Малика ибн ан-Надлы: «Однажды я присел возле Посланника Аллаха, мир ему и благословение Аллаха, и на мне была изношенная одежда. Он спросил: “У тебя есть имущество?” Я ответил: “Да, о Посланник Аллаха, какое угодно”. Он сказал: “Если Аллах одарил тебя имуществом, пусть это будет видно по тебе”». Похожие сообщения с его слов передали Ахмад и Абу Давуд. Как мы видим, посланник Аллаха, мир ему, запретил подобные крайности.

 

Бухари и Муслим приводят хадис, в котором рассказывается, что трое мужчин пришли в дом пророка, мир ему и благословение Аллаха, и спросили их о том, как он поклоняется. Выслушав ответ, им показалось, что он поклоняется меньше них, но они подумали, что Аллах простит пророка (мир ему), а им следует поклоняться в большем объеме. Один из них заявил: «Что касается меня, то я пощусь, не разговляясь!» Другой сказал: «А я простаиваю всю ночь в молитвах без сна!». Третий сказал: «А я отказался от женщин, приняв обет безбрачия!». Пророк (мир ему) пришел и сказал: «Клянусь Аллахом, я – тот среди вас, кто знает и боится Аллаха более всех и самый набожный, но я совершаю пост и разговенье, выстаиваю ночной намаз и сплю, а также нахожусь в браке. А кто отвергает мою Сунну, тот не со мной».

 

Также Бухари приводит, что Абу Джухайфа Вахб ибн Абдуллах рассказывал: «В своё время Сальман и Абу Дарда побратались друг с другом благодаря пророку, да благословит его Аллах и приветствует, а когда Сальман пришёл навестить Абу Дарду и увидел Умм  Дарду (жену Абу Дарды) в поношенной одежде, он спросил её: “Что с тобой?” Она сказала: “Твой брат Абу Дарда не нуждается во благах мира этого”. Тем временем пришёл и сам Абу Дарда, который приготовил для (Сальмана) еду. (Сальман) сказал: “Поешь”. Он сказал: “Поистине, я пощусь”. (Сальман) сказал: “Я не стану есть, пока не поешь ты!” И он поел, а когда настала ночь, Абу Дарда встал на молитву. Сальман сказал (ему): “Ложись спать”, он лёг спать, но через некоторое время снова встал на молитву. Тогда Сальман снова сказал: “Ложись спать”, а в конце ночи Сальман сказал: “Теперь вставай”, — и они совершили молитву. Потом Сальман сказал ему: “Поистине, у Господа твоего есть на тебя право, и у души твоей есть на тебя право и у семьи твоей есть на тебя право, так отдавай же каждому обладающему правом то, что по праву принадлежит ему!”. А потом Абу Дарда пришёл к пророку, да благословит его Аллах и приветствует, и рассказал ему об этом, пророк же, да благословит его Аллах и приветствует, сказал: “Сальман сказал истину”».

 

В этом хадисе ясно утверждается принцип умеренности в аскетизме, воздержании и отказе от дозволенных дел этой жизни. Ислам учит балансу между потребностями духа, интеллекта и тела, учит балансу в соблюдении прав Господа, свой души, своей семьи, общества. Нарушение этого баланса противоречит сунне и религии Аллаха, каким бы не была цель и намерение.

 

Приводится: Хасан аль-Басри, услышал, что один человек отказывается от яблока, потому что не сможет достойно отблагодарить Аллаха за эту милость. И тогда он сказал: «Способен ли этот глупец отблагодарить хотя бы за прохладную воду». Это некоторые примеры, которые учат нас умеренности в вопросе аскетизма, и предостерегают от крайностей.

 

 

Относительно упования на Аллаха (тауаккуль)

 

Всевышний Аллах сказал: «Уповай на Живого, Который не умирает, и прославляй Его хвалой», (Различение 58).

 

Всевышний Аллах сказал: «Скажи: “Нас постигнет только то, что предписано нам Аллахом. Он – наш Покровитель. И пусть верующие уповают на одного Аллаха”», (Покаяние 51).

 

Всевышний Аллах сказал: «О те, которые уверовали! Соблюдайте осторожность и выступайте отрядами или же выступайте все вместе», (Женщины 71).

 

Всевышний Аллах сказал: «Приготовьте против них сколько можете силы и боевых коней, чтобы устрашить врага Аллаха и вашего врага, а также тех, которых вы не знаете, но которых знает Аллах. Что бы вы ни израсходовали на пути Аллаха, вам будет возвращено сполна, и с вами не поступят несправедливо», (Добыча 60).

 

Также: «Когда же молитва завершится, то разойдитесь по земле, ищите милость Аллаха и часто поминайте Его, – быть может, вы преуспеете», (Пятница 10).

 

В хадисе ат-Тирмизи от Мугъира пришло: «Я слышал, как Анас ибн Малик говорил: «Однажды один человек сказал (пророку, да благословит его Аллах и приветствует): “О посланник Аллаха, мне привязать (верблюда) и уповать (на Аллаха), или же отвязать и уповать?” Пророк, да благословит его Аллах и приветствует, ответил: “Привяжи и уповай!”»».

 

И здесь, мы находим крайности и заблуждение некоторых людей, претендующих на суфийскую мудрость, которые заявили, что поиск удела и пропитания, и всего необходимого для жизни, это сомнение в заботе Бога. Некоторые передают, что Шакик аль-Балки считал, что сами попытки добыть средства к существованию ставил под сомнение способность Бога обеспечить всем необходимым своих верных слуг.

Точно также, эти заблуждения проявляются во взглядах тех, кто отказывается от лечения, от поиска знаний, от принятия необходимых мер. Одна из причин возникновения подобного заблуждения заключается в искаженном понимании веры в предопределение Аллаха. Нет сомнений, что подобные взгляды противоречат Корану и сунне, идут в разрез с примером лучших и мудрейших из верующих людей – пророков и посланников Аллаха, мир им всем.

 

Хасан аль-Басри, Ибн Мубарак, Фудейл ибн Ияд, были аскетами, но они соблюдали рамки шариата, трудились, занимались ремеслами и торговали. Они создавали семьи, обеспечивали их всем необходимым. Они учились, слушая ученых и читая книги. Отдыхали и веселились. Но воздерживались от излишних мирских удовольствий, воспитывая в себе терпение в малом. Этот пример ранее показал посланник Аллаха, мир ему, и его сподвижники, лучшие аскеты ислама, лучшие в уповании на Аллаха, самые твердые верой в предопределение Аллаха.

 

Ахмад, Абу Дауд, ан-Насаи, ат-Тирмизи, Ибн Маджа, Ибн Хиббан, и другие, приводят от Усамы ибн Шарика, что посланник Аллаха, мир ему, сказал относительно лечения: «Лечитесь, о люди! Поистине, Аллах (Бог, Господь) создал недуги (болезни) и лекарства ото всех них. Исключение —   старость».

 

Приводится, что однажды Омар ибн Хаттаб, услышал о появлении чумы в одном населенном пункте, он сказал, что нужно вернуться обратно. Тогда один из сподвижников, Абу Убайда, да будет доволен им Аллах, сказал: «О Омар! Неужели ты убегаешь от предопределения Аллаха?». Омар ибн Хаттаб воскликнул: «О, если бы кто-нибудь другой сказал эти слова, а не ты! Да, я убегаю от предопределения Аллаха к Его предопределению». И они не вошли в этот город.

 

 

Бедность и нищета

 

Пророк Мухаммад (да благословит его Господь и приветствует) сказал: «Мусульмане — братья. Нет преимущества одного над другим, кроме как в богобоязненности». Отсюда, бедность сама по себе не делает человека лучше богатого.

 

Конечно, Ахмад, Абу Дауд, ат-Тирмизи, передают хадис: «Бедные войдет в рай раньше богатых на пятьсот лет (в другой версии на сорок лет)». Причина в том, что отчет богатых продлится больше, чем у бедных. В этом нет сомнений, однако, здесь идет речь не обо всех бедных и богатых. Этот хадис, следует понимать в контексте Корана и сунны в целом.

 

И здесь будет интересным вспомнить хадис Муслима: «Однажды этого же сподвижника пророка Мухаммада, Абдуллу ибн Амра ибн Аса, некий мужчина спросил: «Разве мы не относимся к числу нищих мухаджиров?!» Сподвижник спросил: «У тебя есть жена?». Он ответил: «Да». Он сказал: «У тебя есть жилье?». Он ответил: «Да». Он сказал: «Так ты являешься богатым!» Тот добавил: «У меня еще есть слуга». Он сказал: «Ну, тогда ты — король!».

 

Вспомним, что богатый и состоятельный верующий способен сделать много больше благих дел, чем бедный. Он способен исполнять многое из того, к чему призывает Коран и сунна, и это не дано бедному человеку. Всевышний Аллах сказал: «Те, кто тратит из своего достатка [из того, чем он временно обладает в мирской обители, что приобрел и чем распоряжается], тратит (на благое) ночью и днем, скрыто и явно, им [такого рода щедрым людям] воздаяние от Самого Господа [с учетом Его великой и величественной щедрости]. Страх [никогда] не будет властвовать над ними, и они [никогда] не будут опечалены», (Корова 274). Нигде, в Коране и сунне, не найти предписания целенаправленно быть бедным и нищим, уничтожая имущество или выбрасывая его. Коран, как мы видим, призывает расходовать его на пути Аллаха, но не держать себя преднамеренно в состоянии неимущего и нуждающегося.

 

Аллах сказал: «Воистину, те, которые читают Писание Аллаха, совершают молитву и расходуют из того, чем Мы наделили их, тайно и открыто, надеются на сделку, которая не окажется безуспешной, дабы Он вознаградил их сполна и даже добавил от Своей милости. Воистину, Он – Прощающий, Благодарный», (Ангелы 29-30).

 

Сколько благих дел совершили состоятельные сподвижники пророка, мир им всем, такие как Абу Бакр, Осман, и другие, с помощью своего имущества. Сколько вознаграждений они заслужили этими делами, и стали из тех, кто при жизни был обрадован райскими садами. Поэтому, говорить о том, что бедность, сама по себе для верующего лучше, чем богатство, однобоко и ошибочно.

 

Посланник Аллаха жил скромно, бедно, удовлетворялся минимальным в еде, одежде, домашней обстановке. Он порицал роскошь и накопительство, но не по причине того, что богатство само по себе порицаемо, если бы это было так, Всевышний Аллах не одарил бы пророка Сулеймана несметными богатствами. «Мой Господь оказал мне эту милость для того, чтобы испытать меня, буду ли я благодарен или же буду непризнателен», (Муравьи 40).

 

Порицание мотивировано алчным накопительством человека, который любит всем сердцем материальные ценности, живет ради них, не тратить их ради Аллаха, не расходует на благие дела. Всевышний Аллах сказал: «Обрадуй же тех, которые накапливают золото и серебро и не расходуют их на пути Аллаха, мучительными страданиями», (Покаяние 34).

 

 

Но если Всевышний даровал человеку богатство, пусть будет благодарным и расходует его на пути Аллаха. Если же, Всевышний уменьшит удел, пусть будет терпеливым. Если человек беден, Аллах напоминает ему о терпении, если же он богат, Аллах напоминает ему о благодарности. Всевышний Аллах сказал: «Когда Мы даруем милость человеку, он отворачивается и удаляется в гордыне. Если же его касается беда, то он приходит в отчаяние», (Ночное перенесение 83). И здесь прекрасный пример пророка Йакуба, мир ему, который прошел в своей жизни трудные испытания и лишения, но затем был вознагражден за терпение как в этом, так и в будущем мире.

 

Муслим приводит, что посланник Аллаха, мир ему, сказал: «Как удивительно положение верующего! Поистине, все в положении его является для него благом, и никому не дано этого, кроме верующего. Если что-нибудь радует его, он благодарит Аллаха, и это становится для него благом. Если же его постигает горе, он проявляет терпение, и это тоже становится для него благом».

 

Таким образом, Всевышний Аллах приказал человеку быть довольным тем, что Аллах ему дал, дал после того, как человек проявит усердие и трудолюбие в поиске удела. В этом мы найдем примеры лучших из верующих, пример пророков и посланников Аллаха в Коране.

 

 

Деланное и неестественное поведение, намекающее на богобоязненность, утомленность от поста или молитвы, скромность

 

Всевышний Аллах сказал: «Скажи: “Я не прошу у вас за это никакого вознаграждения и я – не из тех, кто берет на себя непосильное», (Сад 86). Толкование этого аята следующее: Я не из тех, кто показывает то, чего у него нет.

 

Поведение пророка Мухаммада, мир ему, было ясным, непринужденным, уравновешенным. Да, он был простым человеком, умным, вежливым, умным, и вел себя спокойно и непринужденно, достойно и уравновешенно. Он отдыхал, шутил, веселился, и даже играл со своими сподвижниками, и со своими женами. Он мог рассмеяться, но не хохотать, заплакать, но не рыдать. Разгневаться, но не потерять рассудок. Примеров тому в жизни нашего пророка, мир ему и благословение, сотни.

 

Бухари приводит от Аса бинт Абу Бакр: Одна женщина спросила пророка, мир ему, дозволено ли ей, показывать перед второй женой своего мужа, то, что на самом деле он для неё не делал. Чтобы разозлить её или вызвать ревность. На это, посланник Аллаха, мир ему, ответил: «Тот, кто показывает то, чего у него нет, подобен человеку, который одет в чужую одежду, и показывает, что она его»[69].

 

Другими словами, мы говорим о человеке, который наигранно показывает, что он аскет, усердно поклоняющийся, ученый, и тому подобное. Это опасный духовный порок, от которого следует бежать как от огня. Ислам осуждает все подобное. Это касается также деланной походки или осанки, печального и утомленного выражения лицо, плача и рыдания, тяжелых вздохов и подобных наигранных действий.

 

Всевышний Аллах сказал: «Разве не пришло время для того, чтобы сердца верующих смирились при упоминании Аллаха и того, что ниспослано из истины, и чтобы не уподоблялись они тем, которым Писание было даровано прежде, чьи сердца почерствели по прошествии долгого времени и многие из которых являются нечестивцами?», (Железо 16).

 

Однажды, Омар ибн Хаттаб увидел молодого человека, который опустил голову. Омар сказал ему: «Эй ты, подними голову, воистину, смиренность ничего больше, чем-то, что в сердце. И если кто-то показывает людям смиренности больше, чем то, что есть в его сердце, то он проявляет лицемерие с лицемерием». Также, Кахмас ибн Хасан приводит, что один человек тяжело вздохнул у Омара ибн Хаттаба, показывая сильную печаль. Омар толкнул его в знак осуждения такого поведения на людях. Всевышний Аллах сказал: «Он знает о том, что в груди», (Добыча 43).

 

Отличительный внешний вид

 

 

К сожалению, одним из явлений в среде современных мусульман, это не особенность суфиев, – это желание в первую очередь выделятся внешним видом. Это неправильно, и на раннем этапе ислама, посланник Аллаха мир ему, не учил этому. Его одежда, как и одежда сподвижников, не отличалась от одежды многобожников. Хадисы о внешнем виде, и приказ отличаться касались конкретных атрибутов внешнего вида религиозных групп иноверцев. Также, немаловажно отметить, что это поздние хадисы, которые были сказаны в последние годы жизни пророка, мир ему, когда мусульмане жили в Медине, в государстве ислама. Ношение определенной одежды или формы, которой отличаются бедные аскеты, ученые, или воина, если человек на самом деле не бедный аскет и не ученый и не воин. Верующий должен вести себя естественно и непринужденно, и знать, что ислам запрещает подобное, потому что это проявление показухи, тщеславия и неискренности. Поэтому, все зависит от намерения человека, которое скрыто в его сердце.

 

Относительно определенной одежды, которой отличается то или иное исламское направления, например, суфии в определенные века были известны шерстяным одеянием, как признаком аскетизма, следует отметить, что посланник Аллаха одевал одежду из различной материи, и не ограничивалось шерстяной. Также, пророк, мир ему, не призывал и не приказывал к шерстяной одежде. И его сподвижники не ограничивались шерстяной одеждой, и не поощряли этого.

 

Откуда пошел этот обычай?

 

Ханбалитский ученый Ибн Кудама, автор «аль-Мугни», одевал шерстяное одеяние, и передается, что этот обычай пошел от Абдулькадыра аль-Джейляни. Это подтверждается те, что передает Ибн Муляккин с цепочкой от аль-Джейляни[70].

 

Также, это известно о Абдульмугни Макдаси, авторе «аль-Кемаль». Аль-Улейми пишет, что Ибн Кудама сказал: Я и хафиз Абдульмугни одевали шерстяное одеяние, полученное от Абдулькадыра аль-Джейляни. У него мы изучали фикх, слушали знания, и получили пользу от времени, проведенного с ним. Но из его жизни мы провели с ним только пятидесяти ночей[71].

 

Также, приводится, что Изз Абдуссалям посещал уроки Шихабуддина Сахрурди, слушая из книги аль-Кушейри. Он одевал шерстяное одеяние, взяв это от Сахрурди[72].

 

Имам ас-Суюти приводит, что Ибн Салах также одевал шерстяное, получив это от Абу Хасана Муэйда ат-Туси. Далее, он сам приводит цепочку этого обычая от него самого до Али ибн аби Талиба[73].

 

Подобное передается от аз-Захаби, который сказал, что его одел в шерстяное одеяние его шейх, Дияуддин ибн Яхья[74].

 

Как мы видим, этот обычай, не имеет сильных подтверждений ни в Коране, ни в сунне, ни в делах сподвижников. И даже, если некоторые из сподвижников одевали шерстяное, они одевали и другое, и не выделяли ничего из этого. Даже если пророк, мир ему, дарил одному из сподвижников одеяние, и они носили его, это были стремление к баркату пророка, мир ему, но не сунна сама по себе.

 

Поэтому, это всего лишь дозволенное, которое стало обычаем некоторых шейхов, и было перенято учениками. Это дозволенное дело, в котором нет греха или награды, кроме того случая, когда человек совершает его с намерением получить награду Всевышнего в самовоспитании, или уважения к своим учителям. Аллах лучше знает.

 

 

Запутанные и неоднозначные высказывания суфиев в состоянии забытья

 

Также, сюда относятся примера, когда многозначные и не ясные слова ранних шейхов, некоторые толковали в крайне искаженной форме.

Например, когда некоторые говорили, что «Господь и Его раб – одно единое». Эти слова буквально можно понимать, как неверие. Если кто-то подразумевает, что Аллах и любое Его творение – одна вещь буквально, и между ними нет разницы, это неверие. Если же подразумевается, что богобоязненные верующие едины с Аллахом, в том смысле, что они любят Аллаха и Аллах их любит, они довольны Аллахом и Аллах доволен ими, они покорны Его приказам и не нарушают Его законов, довольны тем, чем Он доволен и ненавидят то, что ненавистно Ему, тогда в этих словах нет ничего страшного. Хотя, следует воздержаться от публичных высказываний подобных многозначных слов, потому что многие люди поймут их превратно. В хадисе пришло: «Говорите с людьми по мере их понимания». В таком русле Ибн Таймия разбирал этот пример в своей книге.

 

Разъясняя эти примеры, он писал, что некоторые слова, могут быть похожи на слова, которые несут ложные учения единства Бога с сотворенным миром или божественного воплощения в Его творении, но они подразумевают истину…

Истинный смысл этих слов, заключается в том, что верующий обязан своим сердцем познать Всевышнего Аллаха, любить Его своим сердцем, в свою очередь это означает, что тот, кого он знает и любит, оставляет следы в его сердце, такие как вера в него, Его имена и атрибуты, но не в смысле воплощения самой сущности известного и любимого[75].

 

Подобно этому, говорили некоторые: «В моем сердце нет никого кроме Аллаха» или «со мной нет никого, кроме Аллаха». Эти слова или близкие к ним, приравниваются к образным выражениям, похожим на то, что пришло в достоверных хадисах пророка, мир ему и благословение. Например, в хадисе от Абу Хурейры, пришло, что посланник Аллаха, мир ему и благословение, сказал: «В День воскресения Всемогущий и Великий Аллах скажет: «О сын Адама, Я болел, но ты не навестил Меня». [Тот, к кому Он обратится], воскликнет: «О Господь мой, как же я [мог] навестить Тебя, ведь Ты — Господь миров?!» [Аллах] скажет: «Разве не знал ты, что-такой-то раб Мой заболел? Ты [знал] это, но не навестил его. И разве не знал ты, что если бы ты его навестил, то нашёл бы рядом с ним и Меня?»»[76].

 

Или, как сказал Всевышний Аллах в Коране: «Аллах ближе к нему, чем его сонная артерия», (Каф 16).

Также в хадисе пришло: «Ближе всего раб к своему Господу в земном поклоне, тогда больше просите Его»[77].

Также известный хадис Бухари, в котором Всевышний Аллах сказал: «Я стану его глазами, которыми он видит, его ушами которыми он слышит, его руками, которыми он хватает, его ногами, которыми он ходит»[78].

 

Таким образом, здесь идет речь о состоянии верующего, который уверовал в Аллаха, познал Его имена и атрибуты, полюбил Его, покорился Ему, полюбил то, что любит Аллаха, возненавидел то, ненавидит Аллах, полюбил ради Аллаха и возненавидел ради Аллаха. Этим самым нормы и оценка качеств раба и причины его качеств совпали, объединились с нормами Его качеств и их причинами. В этом смысле, слова «объединение и воплощение» соответствуют Корану и сунне. Например, Всевышний Аллах сказал в Коране: «Воистину, те, которые присягают тебе, присягают Аллаху. Рука Аллаха – над их руками. Кто нарушил присягу, тот поступил во вред себе. А кто был верен тому, о чем он заключил завет с Аллахом, тому Он дарует великую награду», (Победа 10). Также: «Кто покорился Посланнику, тот покорился Аллаху», (Женщины 80).

 

И здесь, Ибн Таймия делает заключение относительно неоднозначных высказываний, которые могут быть ошибочно поняты как утверждение единства Господа и творения, или воплощение Господа в творении. Как мы знаем, Ислам учит тому, что Всевышний Аллах совершенен, превыше всего сотворенного и ничему не подобен.

 

Он сказал: «Никто из обладателей знания об Аллахе, не верит в воплощение Всевышнего Господа в нем или другом творении, или объединении с ним. И даже, если можно услышать, что похожие на это слова передают от некоторых больших шейхов тасаввуфа, это ложь, которую придумали заблудшие лжецы, призывающие к подобным идеям, и которых ввел в заблуждение шайтан…»[79].

 

Также, Ибн Кайм отмечал в «Мадариджу саликин», что суфии часто используют метафоры и образные выражения, общие слова, в которых подразумевают очень узкий смысл. Они чаще используют слова, как намеки к определенным смыслам, чем буквальное значение этих слов. Сами суфии об этом говорят в своих книгах.

 

Они, как пишет Ибн Кайм, могли использовать выражения, используемые безбожниками и неверующими, в совершенно другом значении, которое они подразумевали и понимали, и оно само по себе правильное. Эти выражения и формулировки с намеками, как внутренняя терминология суфиев, по своему смыслу были правильными, но использовались только этой группой и никем больше из мусульман. По этой причине случились смуты между двумя группами. Одни поняли их слова буквально, и обвинили их в нововведении, заблуждении и неверии. Другие, посмотрели на цели их слов, смысловое содержание, которые они хотели выразить, посчитав эти слова правильными и намеки приемлемыми.

 

Он пишет: «Должно быть известно, что язык общества (суфиев) включает в себя метафоры, использование общих слов, которые подразумевают определенные значения, и использование слов, подразумевая их переносное значение – а не буквальное, и такой смысл, каких не существует в номенклатуре других групп (ученых). Именно поэтому они говорят: «Мы люди ишара (переносного значения), а не фактического смысла».

 

Порой они используют фразы, которые используют еретики, в том смысле, в котором нет заблуждения. Подобное становится причиной фитны для других групп – группы, которая понимает данные слова в буквальном смысле и на основе них называет суфиев еретиками и нововведенцами, и группа, которая одобряет и считает правильными данные утверждения (не понимая, что они были сказаны в переносном смысле)»[80].

 

Также, Ибн Кайм отмечает, что многие термины суфиев, являются намеками на духовные состояния, которые возможны и не порицаются шариатом. Например, состояние ихсана в хадисе: «Это поклонятся Аллаху так, как будто ты Его видишь». Это означает, что раб может достигнуть в поклонении Всевышнему Аллаху состояния сердца, когда он поклоняется Ему так, как будто видит Его Всевышнего[81].

 

Также, Ибн Кайм писал, что суфийские шейхи, когда говорили о связи и достижении, подразумевали связь раба с Его Господом и достижении раба его Господа, не в смысле связи сущности раба и сущности его Господа, и не в смысле объединения двух сущностей. Но они подразумевали, что они удалили свою душу и страсти, и все остальные творения, и эту мирскую жизнь со своего пути к Всевышнему Аллаху, к Его милости и довольству. И никакой другой смысл здесь нельзя воображать, потому что он не возможен…

Это общие, неясные, многозначные термины и выражения суфиев, которые были поняты ошибочно, и стали причиной смут и обвинений в их адрес[82].

 

 

Аль-Фана – аль-бакъа и крайности мистицизма некоторых суфиев

 

Вспомним, суфийское понятия «аль-фана» – исчезновение и «альбакъа» – пребывание, которые они часто используют. В буквальном значении, это слово означает исчезновение, гибель. Состояние аль-фана у суфиев, как пишет Абдульфаттах Каддиш Яфиий, определялось тремя вещами:

 

Первое, это очищение сердца от желания кого-либо кроме Всевышнего Аллаха, в уповании на Него, в надежде на помощь, на любовь и страх, в поклонении Ему, в искренности, и во всем, что из этого следует. Это состояние «чистого сердца» от сомнений, ложных убеждений, страстей и похоти, и всего, что отдаляет от желаемого – Всевышнего Аллаха. Это пришло в Коране: «которые предстанут перед Аллахом с чистым сердцем». Этот смысл – очевидная истина, в которой нет сомнений, суть единобожия и религии, как это пришло в Коране и сунне.

 

Второе, это очищение сердца от наблюдения кого-либо кроме Всевышнего Аллаха. Если первое аль-фана, это очищение от желания кого-либо кроме Господа миров в поклонении, уповании, надежде, любви и страхе, то второе аль-фана, это очищение сердца от свидетельствования, наблюдения, знания, видения кого-либо, кроме Господа миров.

 

Ибн Кайм пишет: «Поскольку аль-фана (уничтожение) – это состояние, когда суфий не видит ничего, кроме Него, — это состояние, к которому стремятся суфии и которое они считают целью. Оно не означает отрицания всего, кроме Аллаха внешне, но такое состояние, когда человек не видит и не чувствует ничего, помимо Аллаха. Его истинная природа – освобождение от всего, что видимо, освобождение от наблюдения за собой и своим существованием.

 

Это происходит вследствие того, что человек освобождается (от наблюдения) за своим поклонением вследствие сосредоточенности на Том, Кому он поклоняется, освобождение от наблюдения за своим зикром (поминанием) вследствие присутствия Того, Кого он поминает; освобождение от любви к Нему вследствие присутствия Самого Возлюбленного; освобождение от наблюдения за собой вследствие присутствия Того, Кто реально существует.

 

Порой это духовное состояние может называться опьянением (сукр), уничтожением (истилям), растворением (мухв) и нахождение в единстве (джам’а). Иногда суфии делают различие между значениями этих терминов, но самое преобладающее их значение заключается в том, что поминать Его до исчезновения в Нем, и соединения с Ним, пока человек не начинает думать, что он – это Он. Это подобно истории, когда человек увидел свою возлюбленную сквозь себя в воде и бросился в воду. Его возлюбленная спросила – зачем он бросился в воду, он ответил – «я потерял себя в тебе и думал, что ты – это я».

 

Когда человек приходит в себя, он понимает, что в реальности Господь есть Господь, а раб – это раб, и Творец отделен от творения, что в Его творении нет ничего от Него. (То есть, суфии не представляют фана как буквальное слияние с Аллахом, они лишь стремятся к состоянию, когда человек не будет замечать ничего, кроме Его воли и Его действий в мире и не будет думать ни о чем, кроме Него – прим. переводчика).

 

Однако во время переживания данных состояний человек не замечает этой разницы (между ним и Творцом), поэтому от учителей тасаввуфа передают такие слова как «Преславен я», «В этой одежде нет никого, кроме Аллаха». Если человек скажет это в полном сознании, он впадет в куфр, однако, поскольку эти слова были сказаны в особом состоянии, сказавший их не заслуживает порицания.

 

Некоторые ученые хвалят фана, некоторые порицают его и некоторые отстраняются (от суждений) о нем. Те, кто хвалят его, считают его состоянием, когда исчезает любовь к кому-либо, помимо Аллаха, от страха и надежды на что-либо, помимо Него, поиск помощи лишь от Него, обращение лишь к Нему, таким образом, это состояние есть соблюдение религии во всей полноте.

 

Однако видеть себя тем, кто ты есть – рабом Аллаха – есть более совершенная форма подчинения Ему, чем отсутствие этого понимания, которое подобно состоянию пьяного или спящего человека. Когда раб находится в состоянии, когда он бодрствует и осознает свои действия, это есть более полная, совершенная и сильная форма рабства.

 

Это состояние переживали не все «салики» (идущие), но некоторые из них, к примеру, Абу Язид Бистами и подобные ему. Однако, есть множество праведников, которые не переживали его, и их положение более совершенно и сильно. Поистине, сподвижники являются предводителями «арифов» (познавших), имамами тех, кто достиг Аллаха и близок к Нему. Однако среди них не было таких, которые испытывали подобное состояние, несмотря на твердость их веры. Если бы данное состояние было бы идеальным, то они были бы более достойны пережить его и больше всех бы упражнялись в нем.

 

Наш Пророк (мир ему и благословение Аллаха) также не переживал подобного, хотя в ночь Мирадж он видел множество великих чудес и знамений, которых не видел никто, кроме него. Несмотря на это, он наутро пришел к своим сподвижникам, и его состояние не изменилось, он не потерял рассудка и сознания, он передал сподвижникам все подробности того, что он увидел. Поэтому его уровень выше, чем уровень других пророков, к примеру, пророка Мусы (мир ему), который лишился чувств, когда его Господь обратился к Нему на горе Синай.

 

По мнению учителей, есть две причины такого состояния – одна из них сила божественного внушения (варид) и слабость человека, который переживает его. И вторая – недостаток знания и умения различать творение и Творца. Именно вследствие этого учителя тасаввуфа настоятельно советовали ученикам стремиться к знаниям, предостерегая от сулюка (образа жизни) без знания, поскольку они знали возможные опасные последствия такого действия (вступления на этот путь без знаний). Те, кто становились заблудшими на пути суфиев, впадали в заблуждение именно из-за отказа от стремления к знаниям, а те, кто вкусил блаженство данного пути, приобрел это вследствие преодоления соблазнов»[83].

 

В крайних формах, как пишет Абдульфаттах Каддиш, медитации и «мистическое созерцание», которые должны приводить в состояние «аль-фана» – исчезновение и «аль-бакъа» – пребывание, доводили практиков в состояние «опьянения», впоследствии, человек может говорить или делать крайне то, что не позволительно для мусульманина. Некоторые, например говорили: «Я истина» или «Да свят Я», или «Нет в моей комнате никого, кроме Аллаха», и другие слова, которые не что иное, как безбожие и неверие. Подобное отклонение называлось «шатахат», и некоторые учёные приравнивали их к тому, что говорили или делали будучи «опьяненным» вином, «страстной любовью», чрезмерной эйфорией, состоянием аффекта. Они входили в психическое состояние, в котором чувствовали «сладость веры», но теряли способность различать и здраво рассуждать. За ними нельзя следовать, слушать или брать знания, и нельзя воспринимать их слова и действия, как слова или действия нормального человека. Некоторые исследователи считали, что к людям в таком состоянии следует относиться как к сумасшедшим, потерявшим здравый рассудок, и это одно из мнений.

 

Некоторые суфии пытались объяснить эти понятия с помощью примеров или притчи.  Джавад Нурбахш в «ат-Таслим» приводит один диалог: «В другой раз я спросил его о разнице между аль-фана, «растворением «я» в Боге», и «аль-бакъа», «пребыванием в Боге». Он ответил: «Это можно сравнить с каплей и Океаном. Когда капля касается Океана, этот момент и есть «аль-фана». После этого капля становится Океаном, это — бака. Капли нет — «аль-фана»; Океан — «аль-бакъа». — Значит, аль-фана всегда должна вести к аль-бакъа? — спросил я.— Нет, — сказал он, доставая коробок спичек. — аль-Фана и есть аль-бакъа. Он показал на одну сторону коробка и сказал: «аль-Фана». Затем он перевернул коробок и с улыбкой указал на другую сторону: «аль-Бакъа». Я сидел некоторое время, пытаясь понять его ответ, а он вернулся к своим бумагам. Минуту спустя, он посмотрел на меня и сказал: «Занимайся «аль-фана» а не «аль-бакъа»». — Почему? — спросил я. — Потому что иначе это похоже на то, что ты идешь на базар, чтобы стать торговцем».

 

 

Третья форма аль-фана:

 

Аль-фана как отрицание существования чего-либо кроме Аллаха, убеждение, что нет ничего реально существующего кроме Аллаха. Ничего не существует кроме Аллаха, со всеми вытекающими отсюда выводами. Многие из тех, кто это говорил подобное и углубился в «философском мистическом поиске», оказались в заблуждении и неверии относительно учения ислама. Они сказали, что Аллах и есть само сущее, и все сущее и есть сам Аллах, подразумевая именно буквальное значение, а не метафору или переносный смысл. Они сказали о «единстве сущего», тем самым, они отошли ислама. Такое передается от аль-Бальяни, ат-Тельмисани, аль-Кануни, и других поздних философов-мистиков, которых называют «аль-иттихадия».

 

Как мы видим, крайние мистики-суфии говорили о «самоуничтожение в созерцании божественной единственности», нирвана в определенном смысле. Они сказали о «растворении Я в Боге» (аль-фана), которое одновременно означает «пребывание в Боге» (аль-бакъа). Подобные идеи противоречат учению ислама, и всему, что пришло в Коране и сунне, и не могут быть интерпретированы в приемлемом смысле. Подобное передают от аль-Халладжа, аль-Бистами и других крайних мистиков-суфиев.

 

Среди поздних суфиев предпринимались попытки защитить путь познания от манипуляций, злоупотреблений и заблуждений. Например, Сахль ибн Абдуллах сказал, что в состоянии «нахождения в Боге» (ваджд), что не находит подтверждения в Коране и сунне – ложь (батиль). В общей сложности, это довольно большая тема, которую более подробно рассматривать здесь нет необходимости.

 

В заключении, я приведу короткую классификацию А. Али-заде, которую он привел в «Исламском энциклопедическом словаре». Он пишет: «В суфизме состояние растворения своего «Я» в Боге и обретения истинной сущности. Фана является одной из наивысших ступеней духовного возвышения, которая открывается лишь для немногих. В этом состоянии личность исчезает и приобретает атрибуты Бога. Вместо «раба» появляется Господь. В то же время, многие суфии считают, что несмотря на то, что человек в состоянии фаны теряет многие присущие ему качества, тем не менее, он остается человеком. Если в это состояние суфий вошел посредством зикра, то такую фану называют «аль-фана фи’ль мазкур», а если посредством возвышенной любви – «аль-фана фи’ль-махбуб». А высшей ступенью фаны является «фана ани’ль-фана».

Различаются некоторые фазы фаны:

а) Фана аз-зат – состояние небытия, при котором истинным бытием мыслится только Аллах;

б) Фана ас-сифат – потеря человеком человеческих атрибутов;

в) Фана аль-фиил – полная потеря контроля за своими действиями и поступками.

Существуют также ступени и разновидности фаны:

1. Фана фи’ль-ихван – возвышенное состояние чувства братства к своим единомышленникам из тариката, приоритет их интересов над своими.

2. Фана фи’ш-шейх – полное подчинение и подмена личной воли и желаний духовного «путника» (салика) воле и желаниям своего учителя (шейха).

3. Фана фи’р-расул – после обретения духовным «путником» фаны в своем шейхе, обретение такого же состояния по отношению к личности пророка Мухаммада.

4. Фана филлах – обретение такого состояния «путника», когда личное его «Я» растворяется в Боге и личность заменяется атрибутами Бога.

Крайности формы аль-фаны не признаются и осуждаются ортодоксальным Исламом».

Для более подробного и научного разбора данной темы, интересующемуся читателю, могу посоветовать прочитать статью И.Р. Насырова, «Концепция суфийского познания»[84].

 

Это лишь примеры некоторых крайностей, которые распространились в среде суфиев-мистиков. Это не отменяет того факта, что в наследии и науках тасаввуфа есть много полезного для мусульман, которое необходимо брать и использовать на пути духовного развития, воспитания и познания. Но, мусульманину необходимо обратится к признанным и авторитетным ученым-исследователям, которые следуя умеренному, взвешенному, критически и объективно методу, изучили суфизм, его наследие. Разложили все это «по полочкам», разделив суть и формы, истину и ложь, стереотипы и факты, единогласное с точки зрения доказательств шариата и спорный иджтихад.

 

Заключение

 

Конечно, Ибн Джаузи, Ибн Хазм, Абу Хамид аль-Газали, Ибн Таймия, Ибн Кайм, и другие известные исламские ученые, в своих трудах, подробно и глубоко изучал тасаввуф, категории суфиев, их идеи, взгляды, терминологию и проблемы, которые возникли вследствие неясности и многозначности их высказываний и понятий, но для общего представления, думаю, будет достаточно того, что здесь приведено.

 

Ранее я отмечал, что с точки зрения шариатской точки зрения, нельзя обобщать оценку тасаввуфа и суфиев, ошибочно целиком отрицать или без оглядки принимать это наследие и опыт, мысли, мнения и достижения, прежде, не взвесив на весах Корана и сунны.

Так же, как наследие и опыт, мнения и позиции, дела и достижения любого исламского мазхаба или исламского движения, тасаввуф должен занять свое объективное положение.

И то, что делают некоторые мусульмане, осуждая весь тасаввуф без разбора, это невежество и фанатизм.

Мнения суфиев по религиозным вопросам, необходимо брать из их источников, от самых авторитетных ученых тасаввуфа. Точно так же, как мнения ханифитов или ханбалитов, ашаритов или салафитов, муатазилитов или шиитов, необходимо брать из их книг, а не со слов оппонентов. И если критиковать, делать это в рамках мусульманской нравственности, корректно и научно обосновано. В прошлом, прекрасный пример такой взвешенной критики показали Абу Хамид аль-Газали и Ибн Кайм. В наши дни также написаны довольно взвешенные и объективные исследования по данной тематике.

 

Далее, дела и слова суфиев, как и дела и слова всех мусульман, не могут быть все плохими или хорошими. Что-то из их дел может быть запрещенным, что-то нежелательным, что-то спорным, что-то противоречит более предпочтительному или сильному из мнений, что-то может быть нововведением единогласно, что то может быть спорным нововведением и т.д.

 

И здесь, ознакомившись с позицией известных ученых разных веков, вызывает удивление те предрассудки и грубые обобщения, распространяемые некоторыми невежественными людьми. Эта беда особо усугубилась из-за использования интернета. Был создан враждебный барьер между различными исламскими группами, которым внушили, что они непримиримые враги друг другу.

 

Были созданы различные стереотипы, которые разделили мусульман. Например, стереотип о том, что, например, ханбалиты вообще, и современное «салафитское течение» в частности, это противоположность тасаввуфа и враги суфиев. Стереотип о том, что ханбалиты и ашариты извечные противники по вопросам доктрин. Или, что все шииты – неверные. Стереотип о том, что ханифитский мазхаб отошел от сунны ради логических суждений и т.д. Все эти невежественные и абсолютно необоснованные ярлыки, целенаправленно распространяются среди мусульман самозванцами, получившими дипломы, но не набравшими ума и понимания. И на продвижение всего это направлены потоки финансирования некоторых мусульманских государств.

 

В свою очередь, последователи тасаввуфа, должны признать, что наследие тасаввуфа и учения суфийских шейхов необходимо вернуть к Корану и сунне, к пути сподвижников и табиин, и тогда, мы получим самый лучший путь воспитания и духовного совершенствования. Я могу посоветовать книгу, которая уже переведена и доступна, это книга «Степени идущий», Ибн Кайма Джаузия. Надеемся, в скором будущем, будет полностью переведен великий труд Абу Хамида Газали – «Оживления наук о религии». Также, прекрасная книга Ибн Кудамы – «Минхуджуль касидин», сборник «аль-Хикам» – Атауаллах Скандари, послания Хариса аль-Мухасаби и аль-Кушайри, и многие другие труды, собравшие в себе огромной теоретический и практический опыт духовного воспитания и очищения.

 

Аллах лучше знает!

 

 

Источники:

 

  1. Тауфикъ аль-Ваий. «Щубухат хауля даава».
  2. Абдульфаттах Каддиш Яфиий. «Масаиль фи тасаввуф».
  3. Харис аль-Мухасаби. «Рисалятуль мустаршидин». Ред. Абдульфаттаха Абу Гудда.
  4. Аш-Шатибий. «аль-Мувафакат».
  5. Ибн Таймия. «Маджмуа аль-фатава». Том Тасаввуф.
  6. Ибн Кайм. «Мадариджу ас-саликин». (Степени Идущих).
  7. Саид Хаууа. Музаккират маназилю сиддикъин.
  8. Лекции и статьи шейха Юсуфа Карадави.
  9. Лекции шейха Мухаммада Хасана Валад-Дедду.

 

 


[1] Абу Хамид аль-Газали. Послание к сыну. Стр. 48. Также аль-Мункъызу мин ад-далялб. Стр. 145.

[2] Аш-Шатибий. Аль-иатисам. 1/89.

[3] Ибн Таймия. Маджмуа аль-фатава. 3/416.

[4] Харис аль-Мухасаьи. Рисалятуль мустаршидин. Ред. Абдульфаттах Абу Гудда. Стр. 24-29.

[5] Шатибий. Аль-Иатисам. 1/89-99.

[6] Харис аль-Мухасаби. Рисалятуль мустаршидин. Ред. Абдульфаттах Абу Гудда. Стр. 34-35. Шатибий. Аль-Иатисам. Стр. 99.

[7] Стр. 67.

[8] Абдулькадир Иса. Хаъкаикъ ан ат-тасаввуф. Стр. 5.

[9] В книге Ибн Араби. Лявакъихуль анвар. Стр. 256.

[10] Табари. Тафсир. Предисловие.

[11] Смотри «Маджмууль фатава», Ибн Таймия, том 11. Стр. 16-18. Изд. Медина, 1995.

[12] Аль-Хаскафи. Ад-дурруль мухтар. 1/43.

[13] Ибн Хаджиб. Хашия адавий аля шерхи  Заркаъани. 3/195. Мулла Али Кари. Миркъатуль мафатих. 1/478. Мулла Али Кари. Шерхуль айниль ильмуа зейнуль хильм. 1/33.

[14] Ибн Кайм. Мадариджу саликин. 3/128.

[15] Ас-Суюти. Тайидуль хакъ. Стр. 15.

[16] Аль-Аджалуни. Кешфуль хафа. 1/341.

[17] Аль-Байхаки. Манакибу Шафиий. Стр. 207-209.

[18] Стр. 35.

[19] Ибн Муфлих. Аль-Фуруа. 5/312. Ас-Сафарини. Гъизауль альбаб. 1/120.

[20] Там же.

[21] Ибн Хаджр. Ат-Тахзиб. 2/117.

[22] Аль-Хатиб аль-Багъдади. Тарих. 8/214-215.

[23] Ибн Муфлих. Аль-Адаб аш-шараийя. 2/243.  Приводит Абу Наим в Хилья. Том 8.

[24] Ибн Абу Юаля. Табакатуль ханабиля. 1/263. 1/382.

[25] Ибн Джаузи. Сафуатуль сафва. 2/332.

[26] Хатиб аль-Багдади.  Тариху Багдад. Стр. 295.

[27] Ахмад ибн Ханбал. Аль-Уара. Стр. 52.

[28] Шемсуддин аз-Захаби. Сияр иалямуль нубаля. 12/110-113.

[29] Харис аль-Мухасаби. Рисалятуль уасая. Стр. 27 и далее.

[30] Шемсуддин аз-Захаби. Сияр иалямуль нубаля. 13/ 430. Также Тазкиратуль хуффаз. 2/640. И другие источники.

[31] Абу Хамид аль-Газали. Ихья улюмуддин. 1/22.

[32] Аль-Байхаки. Шуабуль иман. 2/303.

[33] Аль-Хаким. 3/18. Он сказал, что это достоверный хадис. Аз-Захаби сказал, что передача хадиса соответствует условиям Бухари и Муслима.

 

[34] Ас-Суюти. Дурруль мансур. 8/500.

[35] аль-Хаким. аль-Мустадрак. 1/18.

[36] Ибн аль-Джаузи. Тальбисуль иблис. Стр. 202.

[37] Ибн Джаузи. Тальбисуль иблис. Стр. 207.

[38] Изз ибн Абдуссалям. Аль-Къаваид. 2/179.

[39] Изз ибн Абдуссалям. Аль-Къаваид. 1/189.

[40] Навави. Аль-Макъасид. Стр. 20.

[41] Навави. Шерху Муслим. 1/7.

[42] Навави. Шерху Муслим. 1/9.

[43] Шатибий. «аль-Иатисам». 1/89-99. 1/208.  Имам Шатибий приводит от Абу Къасима аль-Кушайрий.

[44] Шатибий. «аль-Иатисам». 1/89-98. Также смотри что пишет Ибн Кайм о суфиях, «Мадариджу саликин». 3\129.

[45] Ибн Таймия. Маджмуа аль-фатава. 11/27.

[46] Ибн Таймия. Маджмуа аль-фатава. 11/16.

[47] Ибн Таймия. Маталибу улин-нуха.  Стр. 288.

[48] Ибн Таймия. Аль-Истикъама. 1/81.

[49] Ибн Таймия. Маджмуа аль-фатава. 11/395.

[50] Стр. 500.

[51] Труда Мухаммада ибн Абдульфаххаба. Третий раздел. Фетвы и послания. Стр. 31. Пятый вопрос.

[52] Там же. Стр. 18.

[53] Первый том, пятый раздел. Вопрос 192 и 194. Тасаввуф и суфии. Стр. 261.

[54] Табарани в «Кабир». Абу Наим Асфагъани в «Хильятуль аулия».

[55] Байхаки от Джабира. Ахмад приводит первую часть хадиса, от Анаса.

[56] Хайсами от Ибн Масуда.

[57] Хасан аль-Бенна. Собрание посланий имама шахида Хасана аль-Бенна.

[58] «Шубухат хауля даава», Тауфикъ аль-Ваий.

[59] Бухари, 16. Муслим, 43. Тирмизи, 2624. Насаи, 4988. Ибн Маджа, 4033.

[60] Бухари, 6502.

[61] Глава 30, комментарий к хадису о Сладости веры.

[62] Харис аль-Мухасаби. «Рисалятуль мустаршидин». Ред. Абдульфатах Абу Гудда. Изд. Дар Салям. Кир. 2000 г.

[63]«Шерх акида тахавия», имам Абдульганий Гунейми. Стр. 139. Изд. Фикр муасыр. Бейрут. 2000.

[64] Шаукани. Фетху ар-раббани. Том 2.

[65] Сафарани. Лявамиуль анвар. 2/396.

[66] «Маджмуа аль-фатава», 11/22.  Изд. Министерство вакфов. Медина. 1995.

[67] Там же, стр. 274-294.

[68] «Шубухат хауля даава», Тауфикъ аль-Ваий. Стр. 30.

[69] Бухари. 5219.

[70] Табакатуль аулия. Стр. 494.

[71] Аль-Улейми. Аль-манхаджуль ахмаду фи тараджуми асхабиль имами ахмади. 2/191.

[72] Ас-Субки. Табакату аш- шафиийя. 8/214.

[73] Ас-Суюти. Тайидуль хакъикъатиль улья. Стр. 13.

[74] Аз-Захаби. Сияру иаляму нубаля. 22/377.

[75] Ибн Таймия. Маджмуа аль-фатава. 2/374. 2/381.

[76] Муслим, 2569.

[77] Муслим. 482.

[78] Бухари. 6502.

[79] Ибн Таймия. Маджмуа аль-фатава. 11/74.

[80] Ибн Кайм. Мадариджу саликин. 3/330. (Ибн Кайм. Степени идущих)

[81] Ибн Кайм. Мадариджу саликин. 3/97.

[82] Там же. 3/150.

[83] Ибн Кайм. Мадариджу саликин. 1/153-154.

Print Friendly